Лучник. Книга пятая. Часть 2. Под созвездием Волка: Звездный Бродяга

Снег в руке быстро растаял и стек на снег веселой капелью. Хотя нет, несколько капелек обратились в льдинки, и, упав, нарушили чистоту снега у подножия призмы.

Снег расстилался …. А сверху снега не было видно. Строгор несколько затравленно осмотрелся. М-да, снег между стоячих призм сугробов не образовывал, но лежал плотным ковром толщиной примерно на длину пальца. Воля – неволей, почувствуешь озноб, даже при том, что …. Он подумал, было, «воздух был слишком паровитым» – и… осекся. Не должно здесь быть воздуха, неоткуда ему здесь взяться.

Стоит пройти с десяток шагов.

Его следы на этом снегу выглядели слишком грубо и… нелепо.

Оп-па! Не хватало еще и сорваться! Нога провалилась вниз, – и Строгор судорожно вцепился в остов незаполненной призмы. Вниз – могло оказаться слишком глубоко. Где-то совсем далеко внизу, возможно, поблескивала вода, а …. Нет, создать настолько идеальной формы сооружение не доступно ни природе, ни человеку, ни никому. Но тем не менее, оно реально существует, его можно потрогать, его можно ….

Чер …, Черпак? Но его …?

Его …. Еще одна нереальность: стенки не были скреплены, но камни так не могут держаться.

Они и не держатся: осыпь камней шумно сорвалась вниз вместе с… фигурой человека. Дико кричащего.

Строгор мгновенно сжался и вскинул глаза. Он здесь был не один, – там, где заканчиваются призмы, хорошо просматривалась довольно плотная шеренга людей в коричнево-серой униформе. И с неким подобием оружия.

Скрываться не было смысла, и некуда было отступать.

Но, кажется, люди остановились на некой границе, перешагнуть через которую их заставляют пара-тройка людей, одетых, – а как же иначе? – заметно богаче.

Нет, последнее обстоятельство еще сильнее говорило о нереальности происходящего. Что-то, или кто-то, испытывает его разум и волю. Зачем?

Но, Увы, отвечать на последний вопрос уже нет времени, – несколько охотников уже ступили на девственную белизну снега.

Так получалось, что Строгор уже несколько раз прощался с белым светом.

Этот будет последним. Ему некуда бежать, негде скрываться, нечем драться за свою жизнь.

И это чужая земля. Или вода? Или …?

За-над Черпаком возвышались ….

В иное подходящее время на это, наверное, можно смотреть бесконечно.

Однажды Строгор прочел несколько странное изречение малаи: «А когда увидишь предмет, непрерывно создающий свою форму, можешь считать, что ты увидел само совершенство».