Отрок с космолёта «Аспид»

Может, увидимся ещё

– Будь здоров, дядя Стив, ? серьёзно ответил Макс, а Лёха, прощаясь, отсалютовал широкой ладонью.

– Короче, здесь посылают нахрен, ? резюмировал Макс, едва они отошли подальше. ? А дяденька шпион живёт этажом выше.

…Вернувшись в центральную часть города, они проболтались с час по пустынным улицам, а потом зашли в крошечный ресторанчик и заказали себе приличный обед.

– Значит, завтра краснокожие братья начнут окончательное восстановление исторической справедливости. – Лёха вдумчиво трудился над запечённой грудинкой.

 – Что лично меня не устраивает, так это то, что для них все бледнолицые на один фейс. Они и нас под это дело с доски смахнут, и к бабке не ходи.

– Да, уж, ? с чувством согласился Макс, орудуя над скворчащей беконом яичницей. – Так и не усвоили, понимаешь, неблагодарные аборигены всех прелестей толерантности и демократии.

– Не скажи, ? осклабился Лёха. ? Кое-что, всё-таки, усвоили. Потому пленных брать не станут, мочить будут всех.

– Я так мыслю, Лёха, что надо будет к сержанту поближе держаться.

Камински, сдаётся мне, старый пёс и собственную шкуру беречь умеет. – Запивая очередной кусок пивом, рассуждал Макс. – Все лазейки знает.

Они лениво поднялись и отправились на площадь, где всех отпущенных в увольнение уже ожидал небольшой автобус из части. Большинство возвращавшихся, в изрядно поддатом состоянии, делились меж собой впечатлениями о местном борделе, где они и провели свободное от возлияний время.

– Вот, видишь, ? всадил шпильку неугомонный Макс.

? Все люди, как люди, с бабами время проводили. А мы со старым индейцем.

– Не говори, ? не остался в долгу товарищ. ? Связался я с тобой, с извращенцем.

И, переглянувшись, «волкодавы» жизнерадостно заржали.

…А в три часа ночи истошно взревела сирена.

– Тревога! С оружием на выход! По машинам, мать вашу! Торпеду вам в то место, откуда крылышки не растут!

Под дружные «благословения» сержантов началась ускоренная посадка в машины с приглушённо урчащими двигателями.

Едва они плюхнулись задницами на скамьи, как колонна двинулась. Выскочив на автобан, машины с притушенными фарами помчались на предельной скорости. В отдалении ночное небо распарывали осветительные ракеты и слышались приглушённые расстоянием взрывы. Словно швейные машинки, стрекотали крупнокалиберные пулемёты. Лёха, у которого, по выражению Филиппыча, был «компас в голове», быстро сориентировался по направлению. Ага, вся шумиха доносится со стороны космодрома.