Судьба на излом: Маятник

Его второе название «Парабеллум»] Так что, когда эти твари явятся сюда, этот пистолет мне ещё пригодится. А пока есть ещё две запасные обоймы.

– В руке лежит как влитой.

– И стреляет не в пример лучше ТТ или нагана.

– Эх, если бы у нас было бы такое же оружие… а если обратиться туда? Может, помогут? – он многозначительно показал пальцем вверх.

– Вася! Мне сейчас не пробиться ни к товарищу Берии, ни, тем более, к товарищу Сталину. Сам понимаешь – слушать меня никто не станет, да ещё шлёпнут, как потенциального шпиона.

– Это да. Я и то с трудом вам поверил.

– Наша задача: подготовиться к обороне города и отвлечь на себя как можно больше немцев, когда они сюда придут.

– А они придут?

– Придут, Вася, к сожалению, придут.

– Но мы победим? – в глазах этого двадцатичетырёхлетнего парня была тоска.

– Обязательно, Вася. В моей истории это было 8 мая 1945 года. А 9 мая стал официальным днём Победы над фашистской Германией.

– Анастасия Олеговна, товарищ полковник! Как же я рад это слышать!

– Чем больше мы сделаем пакостей немцам, тем быстрее придёт этот день, Вася.

– У меня сейчас такое в душе творится…

– Не сомневаюсь. Я когда сюда к вам попала, стресс был тоже будь здоров. Сама ещё не до конца не отошла.

– Не верится, мне Анастасия Олеговна.

– Что не верится?

– Насчёт завтрашнего.

– Ты вот что… отойди немного от того, что здесь увидел и услышал. Если завтра войны не будет – значит, история пошла по-другому пути и я, как источник информации, уже не представляю ценности.

Сейчас Соловьёв прибудет в отдел, так ты отпросись у него. Скажешь, мол, живот прихватило. Если ты мне не веришь – просто отдохни ночь, а выйдешь на работу – можешь даже арестовать меня. Я согласна на такое. Мне терять нечего – в своё время, думаю, я уже вряд ли попаду, так что теперь, как судьба распорядится. Но если завтра наступит война…

– То я обещаю вам всяческую поддержку! Всё, что смогу!

– Договорились, Вася. Я даю тебе честное слово командира, что не сбегу из Н-ска.

Некуда мне бежать. По-настоящему – нет у меня ни жениха, ни родных здесь.

– Я вам верю, Анастасия Олеговна.

* * *

Город Н-ск. 22 июня 1941 года. 6 часов 00 минут по московскому времени.

Проснулась от гула сирены. Наскоро одевшись, выбежала в коридор. Дежурная по этажу стояла в вестибюле, вместе с заведующей, невесть откуда явившейся в такой ранний час. Обе они плакали, размазывая слёзы и тушь по лицу.