Над островом чёрный закат

Он поднялся, подошел к окну. Пространство перед дворцом было пустынно – первая смена рабочих уже прошла. В дальнем углу замаячил одинокий прохожий. Он явно опаздывал, шустрой побежкой пересекая площадь наискосок. «Проспал. Остался без завтрака, – подумал Владетель. – Будет терпеть до обеда, не сможет работать в полную силу. Непорядок. Обязательно разобраться и наказать. Большие проблемы начинаются с малого. Интересно, куда смотрит Координатор?..»

9

– Можно, господин ректор? – Адам стоял на пороге, не решаясь войти.

Он никогда не бывал в этом кабинете.

– Заходи, Адам, – пригласил ректор. – Садись. Вот сюда, поближе. Я слушаю тебя с превеликим удовольствием. Но сначала отвечай, почему ты до сих пор не выбрал специализацию?

– Никак не решу, чем мне заняться.

– Есть же у тебя какие-то предпочтения.

– Конечно. Проблемы кроветворения. Мне удалось поработать с профессором Антоном…

– Очень интересно. Я не знал, что ты работал с ним.

 – Ректор заметно подобрался, но тотчас расслабился и продолжал сдержанно: – Впрочем, кто только не брался за эту проблему… Признаюсь, я тоже дерзал… Разумеется, в молодые годы. – Он замолчал, с нескрываемым сожалением рассматривая юного собеседника. – Скажи мне, Адам, только честно, зачем ты связался с Антоном? Лучший ученик общается с известным крамольником. Знаешь, как-то не вяжется… Едва ли тебе известно, что Антон смолоду был одержим страстью к инакомыслию. А эта болезнь, к твоему сведению, заразная. Ты мог ее подхватить… Или уже подхватил?

– Мы с Антоном не вели разговоров, которые можно назвать крамольными, – неуверенно проговорил Адам.

– И вот на тебе пятно, не отмоешься, – продолжал ректор с напором. – Неудивительно, что он так неудачно завершил свою нелепую жизнь. Мне кажется, он забыл, что терпение власти небеспредельно…

– Антон был настоящим ученым, – возразил Адам с той безоглядной запальчивостью, которая до зависти нравилась ректору, но которой он особенно опасался в своих воспитанниках, полагая, что развязный дух крамолы, извечно свойственный молодости, может однажды пасть на его седую голову.

 – То, что умел Антон, не умеет никто. И едва ли сумеет в обозримом будущем. Он был способен вылечить всех…

– Болтовня! – выкрикнул ректор, теряя самообладание. Хищная физиономия куратора Хрома замаячила перед его мысленным взором. – Не более чем болтовня. Вздор.