Золотой дурман. Книга третья. Месть золотого идола

Идти тихо, скрытно, чтобы ни шороху… Поняли?! – сурово произнёс поручик, окинув подчинённых строгим взглядом.

– Так точно, ваше благородие, – вразнобой ответили служивые.

– Тогда – вперёд! – махнув рукой коротко бросил командир.

Осторожно ступая, крадучись, направился отряд по направлению, указанному поручиком. Только фырканье лошадей да жужжание назойливых мух нарушало тишину.

– Ой, боязливо чевой-то, мужуки, – опасливо оглядываясь по сторонам, робко произнёс Иван Мальцев. – Слыхали, чего толмач перевёл? Чёрно озеро – прямо к сатане в пасть.

– Можа, и так. Места здесь глухия, а тихо-то как – ажно не по себе, – ответил Семён Карпов.

Послеполуденное солнце нещадно пригревало спины седоков, июньская жара молоточками стучала в их головах. Куда ни глянь – простиралась зелёная долина, чистое поле не оставляло надежды нырнуть куда-нибудь в тень раскидистых деревьев.

– Перекусить бы… – переходя на шёпот, произнёс кашевар Егор Зорин. – Хошь всухомятку, – просительно заглянул он в глаза поручику.

– Ещё немного, и перелески начнутся – там и перекусим, – не глядя бросил командир.

– Ох… – тяжело вздохнул кашевар, вытирая пот, струившийся по его раскрасневшейся круглой физиономии…

Как спасительный оазис замаячили впереди зелёные перелески. Служивые прибавили ходу, горя одним желанием – покушать и отдохнуть в благодатной тени деревьев.

– Огня не зажигать! – строго прикрикнул поручик на Ивана Мальцева, подхватившего огромную сухую ветку. – Двое в наблюдение – залезть на дерево и оттуда хорошенько посматривать по сторонам.

Да прислушивайтесь: может, лошадь заржёт али ещё какой подозрительный звук. Ты и ты… Сполнять! – указал он на Ивана Мальцева и казака из бийского гарнизона – Матвея Бессонова. – Подсадите их! – бросил Зуев расположившимся на мягкой травяной подстилке служивым. Четверо тут же вскочили и без особых усилий подсадили наблюдателей до первых толстых веток дерева.

– И чего он их наверьх загнал? Этот Мирон, поди, уже давно утёк.

– Правда твоя, Захар. Я тожа так кумекаю, чевой-то этот арестант будет в тайге дожидаться… Слыхал, сколь он золота спёр? Бийские сказывали, их служивые его и упустили.

– И я про то жа, Семён… Давно теперяча этот тать гуляить в своё удовольствие, – шёпотом переговаривались Захар Попов и Семён Карпов – солдаты из барнаульского горного батальона…

Жгучее солнце медленно подкатывалось к горизонту, унося за собой весь зной летнего дня.