Золотой дурман. Книга третья. Месть золотого идола

– И костёр жгли, – добавил Поликашка.

– Ну-ка, ну-ка, показывайте… – заторопился в указанную сторону Ефим.

– Странно… – вылез он из палатки, держа в руках оставленные там вещи. – Сумка с вещами и сюртук… Сдаётся не с простого мужичонки – материя хорошая. И пуговицы такие же – с буквой «П». Скорее всего, того зажиточного… А хозяин где же?..

– Да-а… Кто-то на ночлег останавливался и, видать, вечеряли – вон и выброшенная заварка, – присел Илья около кучки испитой травы… – Но здесь вся трава хорошая, – внимательно перебрал он листочки… Странно…

– Думаю, подмешали отраву бедолаге, а после закидали ветками и бежали, – ответил ему Степан.

– Тогда чего ж они палатку, вещи и шкуры бросили – холодно по ночам в горах? – не согласился с ним Ефим. – Ладно – тёмное дело… Захар, Поликашка!.. Тащите лопаты, похоронить надо бы бедолагу. Грех человека на съедение зверям оставлять…

Крест из двух жердинок над свежей кучкой земли – это всё, чем закончились мечты Пахома о новой жизни, разбитые коварной рукой охваченного золотым дурманом Игната…

…Стуком копыт ворвавшись в горную тишину, небольшой отряд казаков пробирался к селению Бакая, оставляя позади крутые перевалы и головокружительные пропасти.

– Ежели чего у Бакая недоберём – к Тойпынаку идти придётся, – как бы между прочим, бросил Ефим рядом ехавшему Степану.

– Ну, так коли надо – поедем, – пожал тот плечами.

– Я это к тому, что ежели Мирон пойдёт за идолом – через Тойпынака пробираться будет.

– Ты думаешь, что люди демичи смогут поймать его и держать, пока мы за ним не придём? – саркастически улыбнулся Степан.

– Поймать – вряд ли, не сладить им с Мироном, а вот выследить – это пожалуй, – возразил Ефим.

– Ну, ежели так – то поручик Зуев уже сделал своё дело – ведь он же к Тойпынаку поехал. По слухам инородцев, там видели мужика, похожего на Мирона.

– Может, и так – да только к этому демичи вряд ли кто дорогу покажет.

– Выходит, тогда нам беглеца ловить придётся? – понимающе поглядел на товарища Степан.

– Выходит – нам… Половину отряда отправим с ясаком в Бийск, а половина пойдёт к Тойпынаку – даже если ясака в достатке соберём…

…Ещё не въезжая в селение демичи, до казаков донёсся женский плач, скорбным эхом плывущий в вечернем мареве.