Золотой дурман. Книга вторая

А дальше зима враз отступила, горячее весеннее солнце на глазах превращало почерневший снег в многочисленные ручейки…

На обратном пути, вырвавшись вперёд каравана повозок, они свернули на малоезженую дорогу, срезая немалый участок. Гружённые рудой лошади, увязая в раскисшей снежной жиже бездорожья, надсадно тянули тяжёлый воз.

А когда до дома оставалось совсем немного, как на беду, вскрылись реки. Дружно таящие снега превратились в бурные паводки, вышедшие из берегов, они стремительными потоками разлились по близлежащим полям.

Недалеко от одной из таких рек забота взяла Игнатия: «Наверняка вода поднялась – удастся ли через брод проехать? А объезжать кругом – это лишние пятьдесят вёрст – немалый крюк, да и время потеряешь… Вот бы знатьё – как там глубина? Пройдёт ли лошадь с гружёной телегой?».

Проезжая мимо небольшой деревушки, Игнат неожиданно осадил коня:

– Ты давай езжай, а я мигом тебя догоню – вот только Полкана подкую. Я быстро – до кузнеца и назад.

Выждав немного, он направил лошадь на пригорок, откуда хорошо просматривалась переправа.

Игнат видел, как Арсений подъехал к броду, и остановился на краю бурлящего потока. Сев на поваленное дерево, он нет-нет да оглядывался назад в надежде, что сейчас подъедет Игнатий. Но тот не торопился, а выжидал, когда Арсений начнёт переправляться на ту сторону.

– Игнат, ну, где ты там замешкался?! – досадовал он…

Наконец Арсений махнул рукой, запрыгнул в телегу и его лошадь осторожно ступила в реку.

Поток хоть и был быстрым, но вода не доходила лошади и до колен. Было видно, как здоровый, молодой жеребец без особого труда тянет воз, поднатуживаясь только там, где колёса телеги застревали в илистом дне. Вскоре он был уже недалеко от противоположного берега.

«Ну вот и порядок, теперь и мне пора» – потёр руки Игнат. – Если что, Арсений пособит ему – двумя лошадьми то оно ловчее пойдёт».

Но тут стряслось непредвиденное: лошадь Арсения уже прошла брод и, напрягшись, собиралась выскочить на берег, но разбитый телегами выезд и поднявшаяся вода превратили это место в настоящее болото.

Животное по брюхо увязло в грязной илистой жиже. Тщетно пытался Арсений вытянуть лошадь на твёрдое место, натянувшаяся, как струна узда только доставляла ей страдание.

«Распрячь коня и бросить телегу с рудой?! – пронеслось у него в голове. – Но что он скажет начальству? Чем покроет убытки?»

– Игнатий, помоги! – что есть мочи заорал Арсений.