Сваровы против серых

– Это означает, что этот индивидуум как нельзя более подходит на участие в эксперименте, – пояснил «ботан» – у него очень сильное… э-э-э… сейчас… сильная мотивация и уровень самосознания, так, кажется, это звучит на вашем языке.

– Теперь ты, Надя, – попросила Ли.

Жидкость в другой склянке показала точно такой же результат.

– Тест пройден. Начинаем эксперимент, – объявил Тверк – арум Скилл, вы готовы?

– Да, – ответил «ботан» – но мне будет удобнее работать в моём обычном состоянии, а не внутри этого тела.

– Тогда мы притушим свет в лаборатории и будем оба работать в нашем облике тимусианцев, – ответил Тверк – так нам, действительно, будет удобнее.

Егор и Надя освободились от одежды и легли в рядом стоящие саркофаги.

– Чтобы не случилось, знай, что я люблю тебя, Егор! – воскликнула Надя, когда крышка саркофага начала опускаться.

– И я тебя тоже, – ответил ей муж – больше своей жизни!

Когда эксперимент начался, Егор ощутил лёгкий холодок, который прошёлся по его телу, как будто внутрь саркофага забрёл случайный сквозняк.

Потом его что-то кольнуло в обе руки и он начал терять сознание. Молодой человек уже не слышал никаких разговоров снаружи саркофага, вначале доносившихся до его слуха, перестал ощущать свет, его сознание погрузилось в сон, который он видел раньше, с завидным постоянством.

Ему снился русич одерживающий победу над печенегом и хотя воин был пронзён стрелой в грудь, это не помешало ему разбить секирой череп противника напополам. Далее откуда-то сверху спустился другой воин, одетый в багровые доспехи и поднял ураган, разметавший всех врагов.

Егор с удивлением почувствовал, что переходит в какое-то необычное состояние, когда из сознания находившегося как в квартире, он попал в очень большой ангар, наподобие того, в который они въехали вместе с Баевым. Он чувствовал, что его мышцы ни с того, ни с сего, наливаются силой, хотя он их не напрягал. Потом по телу прошла волна холода, и Егор окончательно потерял сознание.

Надежда, также как и её супруг, ощутила холодок во всём теле, её сознание нарисовало образ женщины, одетой в сарафан с красивой славянской вышивкой.

Та стояла на берегу леса, рядом с протекающей поблизости речкой и протягивала к Надежде руки.

– Ну, здравствуй, Надь! – приветствовала её незнакомка, – вот мы и встретились. Ты узнаёшь меня?

– Я знаю, кто ты, – мысленно ответила ей Надежда. – Я всегда обращалась к тебе за помощью и просила тебя быть моей наставницей.