По местам стоять!

Заметит пузырьковый след от торпеды вахтенный, успеет рулевой дать круто штурвал в сторону, уклониться от торпеды, стало быть, повезло. Чаще замечают след в последний момент, когда уже поздно. У торпеды скорость до 51 узла, почти девяносто пять километров в час, быстрее любого судна. Даже самый быстрый из надводных кораблей – торпедный катер, такую скорость развить не в состоянии. Сейчас командир отдавал приказы один за другим.

– Боцман, право руля пятнадцать градусов! Так держать! БЧ-3, вам «Товсь»!

БЧ-3 – это торпедисты.

На флоте каждая служба имеет свой номер. Например, штурманы – БЧ-1, артиллеристы – БЧ-2, электромеханики – БЧ-5. Номер боевой части написан чёрной краской на белой вставке левого нагрудного кармана моряка. Одного взгляда хватает, чтобы знать, кто перед тобой. На кораблях небольших, вроде «Малютки», это не критично, здесь все друг друга знают по фамилиям, в лицо, по должности. А на кораблях больших, где численность экипажа может быть несколько тысяч человек, это необходимо.

Командир не отрывался от перископа. Ему надо выбрать необходимое упреждение, иначе торпеды пройдут за кормой судна. Благо – дистанция уже невелика. Чем больше дистанция до цели, тем больше времени нужно торпеде, чтобы её преодолеть. С каждой пройденной милей торпеда теряет скорость. Если на дальности в 4 километра торпеда имеет скорость 51 узел, то на 8 километров только 39 узлов, а на 10 километров 34 узла. Для расчётов строится торпедный треугольник. Но были командиры, которые производили залп интуитивно и попадали!

Командир прокричал:

– Пли! Одной торпедой!

– Есть «пли» одной торпедой!

Лёгкий толчок.

Это торпеда вышла из торпедного аппарата и помчалась к цели. Нос лодки предательски поднялся вверх. В это время не головка перископа над зеркалом воды, а и рубка и даже нос корпуса.

– Трюмные! Воду в носовую цистерну!

Трюмные машинисты уже готовы, после пуска торпеды руки уже на вентилях. Зажурчала, забулькала вода в цистерне, палуба приняла горизонтальное положение.

Командир не отрывается от перископа. Время на секундомере бежит неумолимо, а взрыва нет. Промах! Командир остановил ход секундомера.

– Боцман, влево пять, нет – семь градусов. Товсь!

– Есть товсь!

И тут же:

– Пли!

Снова вздрогнула лодка, задрала нос. Командир включил секундомер.

– Трюмные – воды в носовую цистерну!

Уравняли лодку в горизонт. Командир снова в перископ смотрит. И в это время взрыв. Его слышали все.