По местам стоять!

Помогли лётчикам опуститься в центральный пост. До Севастополя шли уже без происшествий в надводном положении. Появление из лодки двух лётчиков комиссара дивизиона подплава удивило. Командир доложил о воздушном бое, спасении пилотов. А ещё об уничтожении транспорта.

– Молодцы, отдыхайте!

Это только на словах отдыхать. Лодку к новому походу готовить надо. До вечера успели только топливо на борт принять и пресную воду, на следующий день торпеды на складе и причале минно-торпедного вооружения.

Но ситуация на фронтах менялась быстро и не в лучшую сторону для Красной армии. Немцы прорвались в Крым 15 сентября, к середине ноября заняли уже всю территорию, кроме Севастополя. Город падёт только в августе 1942 года.

С конца июля 1941 года боевые дежурства подлодок на вражеских коммуникациях стали сокращаться, а потом и вовсе прекратились. Все подлодки задействовали на снабжении Севастополя. После падения Николаева и Одессы наши подлодки перевели в Поти и Батум, где отсутствовали ремонтные базы.

Подлодки брали днём грузы в Туапсе или Новороссийске, совершали переход до Севастополя и под покровом ночи разгружались.

Из-за тесноты в отсеках «Малютка» могла брать на борт 9 тонн грузов или 7 тонн топлива или 10 бойцов с оружием. Немного, средние и большие лодки брали больше, но лодок ещё было много, «плечо» от Новороссийска было не такое большое, грузов доставили в общей сложности много – продовольствие, боеприпасы, топливо. Без этих составляющих оборона невозможна и город пал бы значительно раньше.

Город снабжали не только подлодки, но и транспорты, боевые корабли. Но на переходах они подвергались атакам с воздуха, подрывались на минах, несли большие потери.

Лодку, на которой служил Андрей, к походу подготовили. Потом последовал приказ – снять торпеды. Приказ удивительный, но приказы не обсуждают. А следующий приказ – забрать раненых и следовать в Новороссийск. Раненых подвозили на пирс на грузовиках.

На «Малютки» грузили тех, кто мог стоять или сидеть, потому как «лежачих» было проблемой погрузить в лодку через узкий люк. Для этого использовали люк в корме, где отсутствовала узкая шахта. С палубы спускали в лодку на брезентовых ремнях. Из электромеханического отделения переносили в торпедное, в дизельное, оставляли у электромотора. Худые, бледные, в окровавленных бинтах вызывали сочувствие. И места в лодке нет, где бы уложить бедолаг.