Самоход. «Прощай, Родина!»

Ошибку в дальнейшем исправили, заплатив за нее миллионами потерянных человеческих жизней, оккупированными землями и разрушенной промышленностью.

Конечно, слова Виктора были кощунственными. Как это – не за Сталина, не за ВКП(б)?

– А какое сегодня число? – спросил вдруг Виктор.

– Запамятовал? Или бомбежка мозги напрочь отбила? Четырнадцатое сентября сорок первого года.

Виктор присвистнул.

В этот момент из-за кустов вышел командир – на малиновых петлицах его было по два кубика.

Виктор с подносчиком вскочили и в приветствии приложили руку к пилотке.

– Вольно, бойцы! А где расчет?

– Только мы остались, – доложил Виктор.

– А батарея?

– Нет ее, мы на других позициях уже были. Одна пушка осталась, и нас двое.

– Плохо!

Лейтенант присел на ящик, вытащил портсигар и протянул его Виктору и подносчику:

– Курите…

Однако оба отказались – ни тот ни другой не курили.

– Снаряды есть?

– Несколько ящиков.

– Полагаю, немцы до вечера еще попробуют наступать.

Я командир пехотной роты, что перед вами стоит, и на вас одна надежда. Немец танками силен, выбить их – ваша задача. Помощь нужна?

– Нужна. Немцы все позиции наши засекли, надо другой капонир рыть. Вдвоем не осилим.

– Людей не хватает… Вырыть не успеем, но несколько человек дам, перетащите пушку в другое место.

Лейтенант ушел.

– Ты побудь здесь, а я пройдусь, поищу выгодную позицию, – сказал Виктор.

Он прошел влево-вправо метров на сто и обнаружил небольшой бугорок.

Если подрыть его немного у основания, пушка за ним отлично встанет. У нее силуэт низкий, и от огня танковых пушек она прикрыта будет. Ну а самолеты налетят – так уже ни капонир, ни ровик расчет от бомбы не уберегли.

Когда Виктор вернулся, у пушки его ждали двое пехотинцев.

Пушку выкатили из капонира, ухватились за станину и покатили дальше.

Виктор в душе ругал себя последними словами. Одно слово – наводчик, а не командир орудия. Пешком-то он легко проделал путь, а с пушкой пришлось искать, где можно проехать.

То близко растущие деревья мешали, то воронка от бомбы, то русло пересохшего ручья. Казалось бы, очевидная вещь – вернуться к пушке и по дороге назад прикинуть, где ее катить проще. Нет опыта, все приходится на своем горбу тащить. Однако пушечку к бугорку они подтащили.

Сначала пехотинцы саперными лопатками копали, где Виктор указал. Когда же они умаялись и сели передохнуть, их лопаты взяли Виктор и подносчик Илья.