На крыльях Зари

Затратив немало сил и средств, два самолёта удалось перенаправить в Софию, где они закономерно попали в руки предупреждённых о ценном грузе представителей Балканского союза. Но вот летать на этих аэропланах, несущих, кстати, все положенные опознавательные знаки турецкой армии, некому.

Вообще, как Заварзину конфиденциально сообщил курьер московской жандармерии, как раз и осуществившей операцию по перехвату самолётов, во всей Болгарии есть только один единственный опытный лётчик – поручик Симеон Петров, да пара недоучившихся пилотов с налётом менее десяти часов.

В связи с этим, «братушки» активно нанимают по всему миру авантюристов с лётными дипломами, но толку от этих летунов будет мало.

Если Россия хочет реально помочь союзникам, то надо направить на фронт по-настоящему опытных, и главное – смелых авиаторов. В России такие есть, и сейчас из них формируют соединение, оснащённое по последнему слову военной науки, но времени упускать нельзя. Из Одессы можно организовать перелёт в Болгарию опытных пилотов прямо на аэропланах, и долг полковника такой перелёт организовать! Обеспечить бензином, маслом, людьми, а главное – самими самолётами и пилотами!

3

Ну вот, все недолгие приготовления и окончены! Под сиденье верной «Зари» приделан лист железа, что конечно не очень здорово из-за лишнего веса, но вполне может спасти мою драгоценную шкуру от шальной пули на этой ненужной лично мне войне.

Бак под крышку залит самым качественным бензином, несколько бидонов с которым загружены на место наблюдателя, и я отдаю приказ «от винта». Старенький, но тщательно обслуженный «гном лямбда 5» ровно тарахтит под капотом, и «Заря» не торопясь разбегается по пожухлой осенней траве.

Загрузка сегодня максимальная, а мой аэроплан имеет не самую лучшую грузоподъёмность. Всё же «Блерио» достаточно устаревшая модель – моноплан образца 1909 года, обеспечивший своему создателю славу, перелетев через Ла-Манш, за три года прилично устарел. На новых самолётах и моторы помощнее моего слабосильного «гнома», и подъёмная сила побольше, да и обзор с биплана, оснащённого толкающим винтом, не в пример лучше, но есть то, что есть.

Выкатываюсь к началу взлётной полосы, вывожу обороты двигателя на максимум и начинаю разбег. Давненько я не летал настолько перегруженным! «Заря» передаёт мне своё недовольство резкой тряской, каждая мельчайшая кочка на укатанной полосе отдаётся болью в позвоночнике, но скорость уверенно растёт.