Гром над архипелагом

Теперь очередь была за остальными захватчиками, вольготно расположившимися в единственной на «Евплусе» каюте.

Дверные петли в каюте отчаянно скрипели, и, если бы дверь была открыта, то все могло обернуться иначе. Но мичман королевского флота Бигс любил комфорт, а через дверной проем в каюту попадала постоянно заливавшая палубу на волнении вода. Приказав задраиться на ночь как можно плотнее, мичман сам подписал себе приговор. После устранения часового, Герасимову с товарищами только и оставалось, что тихонько забаррикадировать единственную дверь.

Все попытки проснувшихся поутру англичан освободиться были тщетны, и 6 сентября полузатопленный «Евплус» достиг берегов Дании. Моряки без промедления пригласили на судно представителей местных властей, которым и передали захватчиков. Не стоит говорить, как обрадовались датчане «любимым» гостям с острова, совсем недавно утопившим их флот в собственной базе без шанса даже выйти в море и сразиться.

Трофеем отважного кормщика остались шпага, кортик и пистолет мичмана, а также английский военно-морской флаг и комплект карт.

Все это господин Герасимов впоследствии передал в Архангельское адмиралтейство. Флаг повесили на стене архива, где я его и увидел. Примечательно, что мягко говоря не проявивший храбрости бывший лейтенант Спиридонов, остался безнаказанным, но был вынужден покинуть Архангельск, поскольку ни один судовладелец не хотел более иметь с ним дела.

Следующими двумя письмами были официальный вызов в главный морской штаб, и вежливая записка Александра Христофоровича Бенкендорфа с приглашением «заглянуть на огонек, когда Вы разделаетесь с делами в штабе».

Из самой формулировки уже следовало, что вызов из штаба если и не был напрямую организован самим графом, то не остался без его внимания.

Поскольку конкретных сроков в письмах не называлось, то Иван решил, что может еще несколько дней провести в кругу семьи. Два дня пролетели как миг. Иван понимал, что просто так по осени офицеров в штаб не вызывают, и готовился ко всему, вплоть до немедленного путешествия на дальний Восток зимним путём через всю Сибирь.

С его опытом плавания в дальневосточных водах такое назначение было вполне вероятным, особенно если начальство решит задвинуть от греха офицера, потопившего «дружественный» английский корвет. На третий день готовый ко всему лейтенант простился с родными, и через неделю прибыл в Петербург.

Глава 2.