Убить Горби

Причем, не в эпоху безобидного самиздата, а в то время, когда вместе с проклятыми видеомагнитофонами, факсами и другой «контрреволюционной» техникой, за полосатые столбы с гордой надписью «СССР» уже достаточно легко, никем не сдерживаемая, проникала ранящая дух информация о кайфовой жизни за кордоном.

Вредная информация накапливалась, обрастала подробностями и откровенной чепухой, в которую народ верил в сто раз охотней, чем в счастливое коммунистическое завтра. Прилюдно почти все клялись в убежденности в превосходстве нашего общественного строя над капиталистическим, повторяя на комсомольских и партийных собраниях магические заклинания партийных вождей.

Но эти молитвы в идеологических храмах уже не могли противостоять плодам великой технологической революции. Сила веры в земных богов иссякала, и если учение Христа сумело-таки пережить многие сотни лет, то построенная на новой идеологии система отмечала лишь седьмой десяток и уже вовсю скрипела и дребезжала как старая «волга».

Павел, дитя своего времени, продолжал верить, зачастую повинуясь привычке, и попутно развил в себе незаурядное умение мечтать.

Он мечтал, к примеру, о том, как однажды отправится за границу на поезде. Чистое купе с умывальником, культурные соседи и в вагоне не пахнет носками. Хотя на самолете все равно лучше. Говорят, на международных рейсах «Аэрофлота» тебе обязательно нальют коньячку, армянского пятизвездочного, и дадут закусить его черной икоркой.

«Эх… Почему исключительно ответственные работники уважаемых ведомств могут позволить себе такое счастье!? Ладно, пес с ней, с икоркой, да и коньячок что? Выпить можно и в колхозном сарае.

А вот сесть на рейс «Аэрофлота», отбывающий в Париж, – это что-то!»

Все заграничные поездки, от Болгарии до Франции, переходили от поколения к поколению «блатных» по наследству. Но случались исключения из правил, и тогда счастливчики осваивали заветные маршруты, боясь спугнуть удачу, не сразу осознавая, за что партия и судьба преподнесли им такое неслыханное счастье.

Наивные не понимали: если судьба еще может быть изменчива и непостоянна, то уж партия себе такое позволить не вправе. Партия все делает по плану и с дальним прицелом.

Студент пятого курса МГУ Павел Семенов, как и все, усвоил, что право на свободу передвижения по миру в его стране – привилегия, мечта, которая может стать реальной, а может оказаться несбыточной.