Погружение в Бездну

Надеюсь ошибиться, но боюсь, будет на что посмотреть. Больше сейчас ничего сказать не могу, сам понимаешь.

Внезапно возникшая связь столь же внезапно прервалась. Джон продолжал мирно спать, а Майку вдруг стало совсем не до окружающих красот. Он вспомнил год стажировки в центре имени Хруничева в России. Тогда он, молодой учёный, занимающийся проблемами астронавигации, близко сошёлся со своим коллегой Иваном Беловым. Сперва, Иван произвёл на Майка скорее неприятное впечатление, но уже спустя пару дней выяснилось, что оба они больны историей освоения космоса и способны до хрипоты спорить о достоинствах и недостатках тех или иных технических решений, применённых конструкторами прошлого.

Не менее волнителен для обоих был и вопрос о возможных путях развития космонавтики, которыми она могла бы пойти в случае реализации той или иной программы.

Апогеем спора стала дуэль. В духе времени дуэль проходила в виртуальном пространстве. Майк пилотировал «Дайнасор» в его последнем одобренном варианте, Иван же отстаивал честь отечественной конструкторской мысли на несостоявшейся по вине межведомственной конкуренции и прямого саботажа проекта со стороны занявшего пост Королёва Василия Мишина «Звезде – 7К-ВИ».

По условиям оба корабля стартовали со своих космодромов и встречались на орбите. Поддержка наземных служб отсутствовала. Проигравшим считался тот, кто первым уйдёт на посадку, либо будет уничтожен. Пилоты ввели условия поединка в главный компьютер системы управления тренажёрным комплексом ЦУПа и…

Жара, навалившаяся на майора ВВС США Майка О’Хиггинса, после того, как он вышел из автобуса у стартового стола на мысе Канаверал ударила по голове как кувалда.

Непривычный тяжёлый скафандр сковывал движения, а возвышающаяся неподалёку громада сверкающей полированными боками ракеты «Титан III-C» с пристыкованным орбитальным самолётом подавляла архаичной величественностью. Ракета была не окрашена – краска весила бы несколько сот лишних килограмм, что для американской космонавтики тех лет представлялось весьма серьёзной дополнительной нагрузкой. Потому борта ракеты, вручную отполированные до зеркального блеска, сияли как солнце.

Подъём в кабину не занял много времени, а вот предстартовая подготовка растянулась на добрых два часа – два часа нервного ожидании схватки и лихорадочного изучения корабля.