Уроборос. Ожерелье эффекторов

Он радикальнее, страшнее для тебя, но лучше для твоих родных, – юноша с волосами цвета снеговых облаков впервые отвел взгляд, бросил сухо, словно треснула щепка. – Ну, все, вали к своим гамадрилам. Разговор закончен.

Валет безропотно поднялся и как-то обреченно побрел к своему столику.

– А вот теперь смотри, – шепнул посредник, впервые коснувшись своей ледяной рукой кисти спутника, – видишь, на его пути, на полу лежит кусочек соленого огурца? Обронил кто-то.

– Да.

– Вот она – развилка судьбы, выбор одного из двух путей, о которых вопрошал этот несчастный.

Если пройдет мимо – все будет, как предсказано мной, вплоть до убийства, а если поскользнется…

– Что тогда?

Малолетний консультант не успел ответить.

Подошва старого кованого башмака опускается на влажный раскисший ломтик на линолеуме, и ожидающий смерти от руки сына с грохотом падает оземь.

Секундная пауза, чье-то тихое хихиканье и…

– Смешно вам?! – мужчина, получивший жестокое откровение минуту назад, встает, потирая ушибленное колено.

В его глазах крупными градинами закипают слезы, голос дрожит на пределе, в горле что-то клокочет. Кажется, еще немного и…

Так и есть – взрыв!

Дико взвыв, плохой муж и отвратительный отец опрометью бросается на улицу, прямо на проезжую часть. Сквозь незашторенное окно кафешки Алекс видит, как проносящийся мимо ослепительно-белый джип сбивает бегущего невесть куда человека, ломая кости, круша череп, подбрасывая вверх, как тряпичную куклу. Совершив полет по высокой дуге, уже мертвое тело падает на влажный асфальт противоположной полосы шоссе и по нему тут же с хрустом проезжает стремительное маршрутное такси – контрольный выстрел рока.

Финиш.

– А вот и вторая версия судьбы. Развилка пройдена, – Марк хмыкнул и цинично добавил. – Исполнено. Так им будет легче, да и на сыне не будет греха убийства.

Горст вдруг почувствовал, что его серьезно потряхивает.

– Каким бы гадом он не был – за упокой, не чокаясь, – чертыхнувшись, он наполнил стакан из-под сока до краев водкой и залпом выпил.

 – Уф-ф… Знаешь, не нравится мне здесь, совсем не нравится. Идем-ка ко мне домой. Тут недалеко, один квартал всего. Там и побалакаем.

Парнишка вытаращил на него глаза, наполненные странным ожиданием, затаенной надеждой:

– Так ты приглашаешь меня к себе?

– Да. А что тут…

– Ничего, – мальчик лучисто улыбнулся, – побежали!

– Вот он, – выдохнул Горст, указывая взглядом на старую пятиэтажную хрущевку.