Калитка во Вселенную. Пиратское золото

 – Вот когда на бок ложился в башке некий такой дискомфорт плесканулся, боль – не боль, но неприятно, ну и слабость офигенная…

– Немудрено, такая, дружок, у тебя там гематомка внутренняя была – мечта… – старик закатил глаза, словно обзавестись такой гематомой мечтал всю жизнь. – А слабость, это ещё и из-за препаратов, пройдёт быстро, день-два…

– Что значит "была гематомка", мне что, трепанацию тут делали? – армия научила Жору неплохо разбираться в медицине, и он прекрасно понимал, что иначе как трепанацией солидную внутричерепную гематому за такой срок не убрать.

Опасность такой фигни внутри головы Жора тоже очень хорошо представлял. – Может меня лучше в больницу как-нибудь переместить, там рентген хоть есть, да и врачи… Вдруг трепанация понадобится…

– Молодец, разбираешься… Но вот в больницу, по ряду причин, по каким – опять-таки позже – тебе пока не стоит рваться. Поверь мне – здесь ты получаешь всё необходимое для выздоровления, намного больше и лучше чем в больнице. Да и рентген здесь есть, тебе его, кстати, делали, нейрохирург твои снимки уже смотрел.

Завтра-послезавтра, если понадобится – сделаем ещё, а трепанация, при современных, так сказать, методах лечения вовсе и не требуется.

– Ну ладно, не требуется – так не требуется – Жора отчего-то сразу поверил старику. – А где я нахожусь и что произошло, Олег… э-э-э…

– Васильевич – напомнил старик. – Ты что, вообще ничего не помнишь?

– Только то, что на охоту к тётке поехал, помню… Блин! Три дня?! – Жора едва не вскочил.

– Тихо, тихо, лежи… Не волнуйся, у твоей тётки я уже был. Сказал, что на работе тебя задержали, через недельку приедешь. Елена Станиславовна – милейшая, кстати, женщина – едва не до смерти меня чаем запоила, часа два хлебал. Пирогов тебе передала, извини, сегодня утром последние доели, уж больно вкусны. Но пирог, он свежий хорош, а ты, по нашим прогнозам, должен был ещё как минимум ночку поспать. Ну да ничего, тётка ещё напечёт – Олег Васильевич явно веселился.

– А как вы… – начал Жора.

– Нашёл твою дражайшую тётушку? – закончил за него Пасечник. – Очень просто. Конверт с её письмом был в кармане твоей куртки, на конверте обратный адрес. Отсюда, вообще-то, до её дома минут 20–25 на машине. Догадаться – куда ты ехал со своей сумкой, сложить дважды два, сам понимаешь, было совсем несложно. Сумку, кстати, я ей передал. Однако, то, что ничего не помнишь – это не очень хорошо… – тут он помрачнел.