Агент Дакар

В дальнем углу камеры сидел худой человек с тюрбаном на голове, длинной рубашке из грубой материи и таких же шароварах. Арестант был обут в черные китайские шлепанцы, из которых выглядывали черные от грязи пальцы.

Входя в камеру, Жора сначала не увидел сжавшегося от страха человека и теперь мог в мельчайших подробностях рассмотреть соратника по отсидке. Как только дверь за суровым охранником закрылась, человек в углу, на глазах стал увеличиваться в размерах.

– Интересно, почему он так сжался от страха при виде охранника? – подумал Маркин.

И внезапно, Жору посетило откровение – арестантов здесь жестоко бьют! От подобного откровения по его спине неожиданно пополз холодный пот, и это было не весело.

– Хай! – обратился он к человеку, который теперь стоял на ногах и с интересом смотрел на него.

Видимо, местный не знал английского языка, но уловив по интонации и определенному жесту, понял назначение слова.

Приложив руки к груди, он слегка наклонил голову в поклоне, вежливо отвечая на приветствие. Арабская речь полилась из его уст, но Жора ни слова не знал из арабского, а товарищ по несчастью не знал английского.

– Вот ведь попал, еще и арабский не знаю, – в сердцах прошептал мужчина, глядя на первого арестанта. И о чудо, местный заговорил на русском языке, с акцентом и медленно, но на русском! Это было чудо, которое послала ему судьба в чужой стране.

– Откуда ты знаешь русский язык? – осторожно спросил помощник атташе, не веря своему счастью.

– Я учился в Советском Союзе в мореходном училище, – с гордостью в голосе произнес незнакомец.

И затем, протягивая свою узкую ладонь произнес:

– Альвар.

Протянув руку в ответ, мужчина ответил:

– Георгий.

В короткой беседе Жора выяснил, что Альвар работал в морском порту и его арестовали по статье неблагонадежности. Он по глупости рассказал своим товарищам политический анекдот про окружение президента, кто-то донес, и его отправили сначала в отдел полиции в столице для расследования, а потом перевели сюда в этот небольшой поселок.

Следствие затянулось и теперь он здесь уже целый месяц.

– У нас это всегда долго, потому что пока не дашь денег следователю, никто не почешется, а у меня денег нет, – грустно произнес Альвар, думая о чем-то своем.