Назад в 1918

В кухне повисла продолжительная пауза, где Вера Борисовна размышляла, как их родственник из Самары в одну минуту достиг такого влияния.

– Нужно ложиться спать, а то рано вставать и идти на прием к Троцкому! – обыденным голосом проговорил Самойлов.

Раскрыв максимально глаза, словно увидев диковинного зверя, женщина тихо охнула и перекрестилась. В очередной раз молодой человек поразил ее своими знакомствами с представителями правящей верхушки. Если в 1905 году она удивлялась, как он смог втереться в доверие одного из князей Хитровки под кличкой Горелый, то теперь Захар оперировал именем одного из сподвижников Ленина.

Этим человеком был Лев Троцкий.

– Не волнуйтесь за меня все будет хорошо, потому что завтра я иду на разговор с Львом Давидовичем по поводу работы! – все также беспечно заявил молодой человек.

Это был удар не в бровь, а в глаз и супруги Редниковы почти одновременно смешно разинули рты. Усмехнувшись их реакции, Захар допил чай и пошел в другую комнату на кушетку.

Размышляя про себя, какую работу он хотел бы получить, студент вспомнил, как когда-то читал про ВЧК.

– Мне это нравится, к тому же здоровьем бог не обидел, а вычищать Москву от всяких насильников и грабителей святое дело! – подумал Самойлов засыпая.

Казалось, что в этот момент кто-то свыше сделал для себя пометку на листке.

Проснувшись рано утром, Захар ощутил непонятный прилив сил. Потягиваясь он отправился во двор. Жильцы соседних квартир уже встали и несколько человек топтались возле деревянного туалета.

– Начинается! – недовольно подумал студент, вспоминая свою московскую квартиру и большой санузел с белоснежной ванной, красивой керамической плиткой и дивным унитазом. А самое главное не было очередей и недовольных физиономий которые словно говорили:

– И чего ты приперся в такую рань?

Но все оказалось не так страшно. Мужчины и женщины решительно входили в сортир и также быстро выскакивали из туалета словно оловянные солдатики на ходу поправляя рубашки и юбки.

Справив нужду, Захар вошел в кухню где его ждал свежезаваренный, но морковный чай с примесью какого-то суррогата. Наливая постояльцу в кружку напиток больше напоминающий бурду, Вера Борисовна с интересом смотрела на Захара. Непонимающим взглядом посмотрев на женщину, Захар вспомнил вчерашний разговор и чуть не расхохотался. Было очевидно, что хозяйка стала относиться к нему иначе и с некоторой долей почитания.