Отказник

"Не волнуйся, эти деньги не очень большие и ты сам в этом убедишься работая на меня, как Виктор, которого ты видел и наверняка говорил с ним", – увидев гримасу на лице солдата, сказала Марина Ивановна.

Теперь солдат наконец понял, что увидев в первый раз ласковую женщину у которой погиб сын, он жестоко обманулся.

Прожив пятнадцать лет с вором в законе, Марина Ивановна из хрупкой и нежной девушки превратилась в другого человека. Приехав из далекой деревни под Красноярском в Москву поступать в институт, она превратилась с годами в жесткого и сурового человека.

Теперь после восемнадцати лет проживания в Москве и общаясь с подпольными «цеховиками» и махровыми уголовниками, которые «крышевали» данный бизнес, она превратилась также в хитрую женщину.

«Даже больше скажу, кто хорошо у меня работает, тот хорошо и живет! А жить пока ты будешь у меня, хотя прописку я тебе сделаю в другом месте, у одной одинокой бабушки в Москве», – многозначительно пояснила Марина Ивановна.

Еще не понимая такого хитрого расклада с пропиской у одинокой бабушки, Максим только кивнул головой в знак согласия. Бабушка жила одна в двухкомнатной квартире на севере Москвы и ближайших родственников у нее не было, потому что единственный ее сын в прошлом месяце умер на зоне.

Вот к ней и решила забросить солдатика пронырливая торговка, в дальнейшем имея большое желание прибрать к рукам государственную квартиру. Незаметно прошли две недели пребывания в дурдоме, когда после завтрака его отозвал в сторону санитар Володя, сменщик Сережи.

«Сейчас пойдем на медицинскую комиссию, так что приведи себя в порядок и через десять минут я тебя жду у двери в отделение», – наклонившись к Максиму, тихо проговорил Володя.

Через десять минут солдат стоял у двери и нетерпеливо ждал санитара.

Через пару минут тот вальяжно вышел из своей каптерки и они вдвоем вышли из отделения. С замиранием сердца Максим остановился перед массивными дверями на третьем этаже.

Постучав в дверь, санитар зашел первым. Через секунду махнув рукой, позвал войти Максима. Входя в просторный кабинет, в котором стоял посередине длинный, деревянный стол из красного дерева, солдат увидел перед собой членов медицинской комиссии. За столом сидели четыре человека в белоснежных медицинских халатах разного возраста.