Укатанагон и Клязьма

– Да, но времени у нас ещё на пару миллиардов оборотов, не больше.

– Значит, мы должны приготовить что-то впечатляющее.

– Хочешь сказать, самое лучшее?

– Ну да.

– Что может быть лучше самого лучшего, да? Может, его отсутствие? Отсутствие необходимости за ним гоняться. Перфекционизм – красивое знамя, но под ним идёт неудачник.

– Мы вроде ни с кем не соревнуемся.

– Ты можешь даже не подозревать, но ты участвуешь в соревновании независимо от собственного желания. Нужно только каждый раз понимать в каком.

Тогда в ответ возникают правильные принципы. А твоё «хочу самое лучшее» – это не правильный принцип.

– А какой правильный?

– Полюби – потом понравится. Например.

– Не поняла, – говорю, – я должна сама и вперёд кого-то полюбить, других вариантов у меня нет? Прекра-асно. И за кем это я должна гоняться?

– А мы что, Арифья, всегда говорим только о тебе?

– Обо мне никогда, Ма. Вот я, наконец, и порадовалась.

– Зря порадовалась, в этот раз тоже не о тебе.

Это у меня принцип такой: полюби, чтоб оно потом тебе же нравилось, вот решила поделиться с тобой.

* * *

Я передумала. Смотрела-смотрела – и передумала: нельзя знать какой вариант будет лучший для будущего, желание не поможет. Пожелай что-нибудь прекрасное – и его у тебя не будет. Нужно изменяться в каждом новом элементе, расти во все возможные стороны из только что возникшего, сразу, немедленно! Разветвляться в каждой новой точке, сразу, чуть появилась – тут же двигаться из нее во всех возможных направлениях и на каждом новом направлении опять из каждой новой точки.

Тогда, может, что и отыщешь.

Работают опасность, конкуренция и паразиты, а лучше, когда всё вместе.

* * *

Это будет… уже понятно. Практически из ничего, из пустоты.

Берешь эту материю – она непоправимо пустая. О, Ма! О, Укатанагон!

Глава 4

Вторая линия

Хорошие времена (URSUS SAPIENS)

Хэм, хэм, хэм,

э-э-эм.

Хэм, хэм, хэм,

эм.

    «Лес», народная песня

Напоследок пошли прогуляться. Дни стояли чудесные: высокое, летнее ещё, небо, сухая, празднично шуршащая подстилка и красные, жёлтые, изредка зелёные дрожащие пятна на трепещущих ветках. Но главное запах. Яркий, терпкий запах зрелой, чуть обветренной земной плоти. Вот она, Осень, вся перед тобой: нагая и ласковая – бери её. Настроение было озорное. Михаил Иванович шёл не спеша и глубоко вдыхал, вбирал всё это удовольствие.