Курьёзы Комбинатора в тонких намёках на толстые обстоятельства

Поняв, что объект в красной рубашоночке, модного покроя, намеренно пытается затеряться в толпе, со всей своей дури закричал:

– Куда? Я здесь! Куда, дорогой попёрся? Куда? Не туда бежишь! – но осознав реальность происходящего, засунул открытую бутылку кефира обратно в, сомнительного цвета потёртый временем, портфель, который был старше черепахи в «Приключениях Буратино», ринулся в догонку, оставив портфель без прикрытия в гордом одиночестве.

– Лёня, голубчик стой! Куда же ты? – залепетал Оболдуев, – я здесь.

– А …, это ты, Оболдуев? Привет. Извини не узнал, значит скоро будешь богатым!» – произнёс вернувшейся малиновый пиджак.

– Привет! Заждался… Скорей бы уж, – и наконец с трудом проглотив кусок не дожёванной сайки, застенчиво поинтересовался, – а что там намечается с реальными котировками? А то мои акции подёрнулись плесенью.

– Потерпи немного, голубчик. Ты же в курсе, Утопич, он такие вещи решает исключительно сам и не предаёт огласке! – и тут же спросил, – а что с поручением?

– Докладаю, … твои поручения выполнил!

– Слава богу, Утопич, что докладаешь, а не накладаешь! Молодец – огурец! «Три Ку-Ку» тебя не забудет.

– Спасибо, что не Три Пи эр.

– А!.. Ты имеешь ввиду окружность. Таскай с мясом, – иронично поблагодарил Лёня, – так говаривал мой древний предок, когда разрешал нам брать деревянной ложкой кусочки мяса из большой общей миски с борщом.

– Ты угадал. Окружность… От тебя ничего не утаишь.

– А что с публикой для Чумы и для Кашпо? Учти, Утопич, мы деньги, за лекции двухчасового сеанса, им уже передали. Да и Гусейну приличную сумму отстегнули, чтобы при телесеансе Чумы и Кашпо, всё прошло тип-топ и обрабатываемые телезрители пачками «прилипали» к голубым экранам, а затем приходили бы за нашими акциями.

– Народ для Чумы и Кашпо, я уже собрал! Сейчас их поведу в Дом Культуры фабрики макаронных изделий!

– Где это?

– Рядом с кладбищем и метро. Не далеко от сюда… Пешком дойдём, чтобы народ не тратиться.

– Метро с кладбищем, это символично и даже как-то стимулирует! – произнёс Лёня поставленным голосом.