Тайна великого Комбинатора и зигзаги любви

Но триста шестая оказалась заперта и он, не раздумывая, вошёл в дверь, напротив. В комнате, среди многочисленных приборов и устройств, над спинкой стула виднелась белобрысая юношеская голова. Оскар уверенно подошёл к нему и спросил:

– Послушай, парень! А триста шестая, действительно кабинет Дадашева?

– Да…, да…, да…начал, было, парень, – и Оскар, получив ответ, уверенно направился к двери, но уже приоткрыв её, вновь услышал, – Да…, Да-дашев это я!

Оскар в изумлении закрыл, открытую было дверь, и уставился на юного доктора, думая, что парень пошутил, но в это время дверь с шумом распахнулась, и в комнату вошёл лет сорока, большой, в меру упитанный, приятной наружности человек.

Комната сразу наполнилась какой-то положительной энергетикой:

– Привет, Да-даш-ка! – пророкотал он нараспев своим мощным оперным басом, как будто собираясь петь арию. – Говорят, что тебе с острова «Япономамы» и одноименного симпозиума «О саморождаемости автоматов» звонил А.Я.?

– Да! (английский).

– Тогда обнародуй тайную дату возвращения горячо любимого нашим творческим коллективом шефа! – Дадашев взял чистый лист бумаги и крупно вывел: «10-го сего месяца, а номер рейса совпадает с датой моего рождения».

– Дадашка, от нашего многочисленного «коллектив-вар» прими, благодарность за информацию и признательность за её своевременность и конфиденциальность! – он взял листок свернул его в четверо и положив в карман, совсем было, собрался уходить, но вдруг обратился к Оскару:

– А Вы к кому, молодой – красивый? Может, я могу быть чем-то полезен?! – Я, из «ящика», к профессору Ларину.

Вот бумаги…, начал было объяснять Иванов.

– А! Да, вы, видимо, то молодое дарование, на которое возлагает свои надежды наше новое научное направление! Я догадываюсь, что Вам с нашей помощью всё же удалось вырваться на научные просторы мировой цивилизации! С чем от души поздравляю! Превосходно! «Тогда вам ко мне», – и он протянул руку.

– Хлебосолов Сергей Павлович, но для друзей я – СП, так что можете использовать это буквосочетание! Я его зам, – и прихватив бумаги, предложил, – пошли на «обмывание!»

Хлебосолов шёл быстро, искусно лавируя между «дверными заслонками» и коридорными шкафами.

В его уверенной поступи ощущалась многолетняя отработка движений на этом «коридорном тренажёре». А Оскар, хотя и был уже наделён некоторым «дверным» опытом всё же с большим трудом держался в фарватере за импульсивно перемещающейся мощной фигурой Хлебосолова.