Метро 2035: Эмбрион. Начало

Вдруг что-то действительно важное? Плюс патруль… Никто больше не шляется по коридорам в четыре утра, запомнят. Еще как запомнят.

Бить или не бить?

Убийца остановился и оскалился. Сейчас он напоминал загнанного в угол волка – из тех, довоенных, на которых охотились предки. Столько лет ожидания – и отступить? Но иногда нужно поступать разумно. Ладно… Он отпустил рукоятку и все-таки пошел вперед, но уже другой походкой. Если до этого убийца двигался энергично, упруго, то теперь еле плелся, размахивая на ходу руками.

Так он ходил раньше, давно, этого никто не помнит. Никто, кроме вот этого Волкова, который сейчас спит и не знает, что смерть только что прошла мимо. Ссутулившись и думая о будущем. Достал мастер-ключ от всех замков Базы, кроме блока начальника. Повертел в руках. Дверь была перед ним, но… Нет. Убийца развернулся и пошел обратно. Нож перестал дрожать в ожидании крови. На время, мой друг, на время.

Просто подожди.

Чем бы ни кончилось задание Фомина, этот еще вернется. Хотя бы, чтобы отдать товар.

Тогда и будет момент. А погибнет сталкер по дороге – будет обидно, но останется еще одна мишень. Самая главная.

Кат между тем не спал. Он лежал в темноте кабинета, на брошенном прямо на пол матрасе, закинув руки за голову. Лежал и тоже пытался разгадать, зачем одинокий сталкер понадобился всесильному полковнику. Понятно, что из всех его умений нужно одно – он видит фоновое свечение. Радиацию. Значит, что-то придется тащить с поверхности, причем из необследованных мест. Из тех мест, куда нет смысла посылать группу спецназа и достаточно одного, но живучего сталкера.

Левый берег? Пригороды? Куда же надо идти?

За дверью, приглушенные и какие-то несмелые, раздались шаги. Проверяют, не сбежал ли? Странно. Сейчас раннее утро, да и на бодро шагающий патруль не похоже. Шаги приблизились, затихли. Кто-то стоял сейчас около его двери. Выглянуть бы, да заперто. Кат уже собрался погромче спросить, кого там принесло, как шаги возобновились, удаляясь.

Точно, проверяли, не выломал ли он дверь буйной головой.

Ну и боги с ними.

Итак, левый берег. Но что там жизненно важное для военных? Авиазавод с давно покрытым грязью, крепко фонящим остовом ИЛ-96. Не подходит. Смысла в этой мертвой птице не больше, чем в ржавых машинах. Химическое производство – там два завода рядом? На Базе нет ни одного специалиста, который бы как-то их использовал. Военных до черта, врачи есть, Рамирес вон вообще репродуктолог. Наверное, последний оставшийся на земле.