Метро 2035: Эмбрион. Слияние

Кат вглядывался в еле освещенную каморку, слышал чавканье Дюкера, но ему казалось, что откуда-то издалека к нему обращается Книжник.

«Совсем плохо, Сашка? Ах да, прости, Кат… Катализатор. Катастрофа. Палач и жертва. Так и сдохнешь здесь, без смысла и толка?»

Голоса слышно не было, даже сам сталкер это понимал. Тихо в подвале. Но вот слышит же Макса, хоть убей – слышит. Или это предсмертные глюки, с покойниками разговаривать?

– Ты здесь? – спросил Кат.

– А? – обернулся Дюкер, облизывая нож, которым выуживал жирные куски свинины из банки.

 – Да здесь, здесь! Не переживай. Отлежись пока.

Сталкер промолчал: точно, глюки. Но голос Книжника напомнил о том, что мелькнуло в голове чуть раньше. Долг? Скорее – упертость. Впрочем, можно по-разному назвать, смысл один.

Кат с трудом привстал, поднялся на колени, а потом, вцепившись пальцами в стену, заставил себя встать, сопровождаемый удивленным взглядом спутника. Дюкер даже жевать перестал, но хоть помалкивал – уже спасибо.

– Слушай, Трубников… – с трудом облизав горячие воспаленные губы, сказал сталкер.

 – Ты сидишь здесь. Сутки. Я бойцов Базы знаю, нас заметили – найдут. Все перевернут, а найдут.

Он отдышался и сплюнул.

– Я им сам сдамся. Авось, не расстреляют. А про тебя скажу – ушел в развалины, на Колесниченко, а она улица длинная. Пусть ищут…

– А тебе это зачем? – очень спокойно поинтересовался Дюкер. – Смерти ищешь?

– Может, и смерти. Как боги дадут. Человек ты – говно, но даже такого выручать надо. Если получится.

Длинная речь утомила Ката. Пол под ногами пошатывался, гулял, как дно судна. Голова кружилась сильнее.

– Как знаешь… – ответил бензиновый король в изгнании. И сунул в рот очередной кусок мяса. – Типа благодарен тебе, раз так. В натуре.

Кат медленно, стараясь не биться об углы, побрел к выходу из каморки. В дрожащем свете коптилки его силуэт с так и не снятым со спины рюкзаком качался и представал то горбатым карликом, то несуразно вытянутым в длину великаном, согнутым на один бок.

Как он добрался до выхода из подвалов – знают только боги, да еще крысы, если они здесь выжили, конечно.

Холодный воздух пахнул в лицо, немного привел в чувство. Кат вытер пот с лица, липкий, ледяной, и пошел вперед, огибая самолет на постаменте, прямо к месту недавнего боя.

Грузовик почти догорел, теперь в развороченной кабине были видны два скрюченных тела. Второй машины и след простыл, зато на снегу виднелись погибшие – двое. Нет, вот третий.