Баронет. Книга 2. Часть 1

– Ну, Раст, о чем вы с Вортом хотели со мной поговорить? – усевшись в кресло за рабочим столом, барон кивнул нам подбородком на стулья, стоящие у стены.

Ворт уселся, а я остался стоять.

– Ваша милость, – начал я, поклонившись, – сегодня, когда вы отпустили меня до вечера, я был у отца…

– На стене? – перебил меня барон, нахмурившись.

– Ага! – не стал скрывать я очевидное.

– Ну? – недовольным голосом подогнал меня барон.

– Отец сказал, что скоро штурм… – я вопросительно уставился на хозяина кабинета.

– Да, – тяжело вздохнув, нехотя признал Юрис Смел. – Но дня два-три до штурма еще есть. Так, что вы хотели то?

Он приподнял брови и с неким любопытством смотрел на меня.

– Помочь хотели… – многозначительно и максимально расплывчато пояснил я, выжидательно глядя на него.

– Помочь в чем? – сразу не понял барон, а когда понял, то нахмурился и резко мотнул головой. – Нет! Это что вам такое взбрело в голову?! И думать забудьте, помощники хреновы! Это кому из вас пришла в голову такая идиотская мысль – встать на стене с мечом?!

– Э-э-э, – я, честно говоря, был несколько обескуражен таким напором и такой прямолинейностью мыслей.

А может, барону просто не хватило времени, чтобы всесторонне обдумать наше предложение? – Ну, если честно, положа правую руку на левое сердце, как говорит один мой знакомый орк, то никому. – С абсолютно невинным видом ответил я.

– А… – сразу после того, как я замолчал, начал было барон, но осекся.

 – Как никому? – отец Ворта выглядел удивленным.

– Понимаете, господин барон, – я пожал плечами, – дело в том, что такая мысль нами с Вортом даже не рассматривалась! – барон приподнял бровь, а я начал объяснять нашу с его сыном позицию. – Дело в том, что мы с Вортом прекрасно понимаем, что по младости лет большую пользу на стене во время штурма мы принести не сможем! – я многозначительно замолчал, предоставляя барону высказать возникшие у него мысли и идеи.

Ошибся.

– Ну, и чего вы хотите? – барон решил упростить себе жизнь, выслушав нас, а потом вынести решение по нашим предложениям.

Это было не совсем то, чего мне хотелось. Таким образом, барон, отказавшись помогать нам придумать варианты нашей помощи, устраивающие и нас, и его, становился не, так сказать, соучастником процесса, а неким судьей, стоящим как бы над процессом.