Берсерк забытого клана. Маги Аномалии Разлома

 – О чём ты сейчас? – попросил он напарника сделать уточнение по затронутой теме и хмуро взглянул на двух нарушителей.

– Ну-у-у… – Сивый качнул подбородком, указав на дверь комнаты, у которой образовалось нечаянное задержание. – Как он поговаривал в разъездном городе, в том самом, что с узловою станцией, – Остапий счёл нужным дать расшифровку товарищу. – Вот как он советовал-то, про два снятых номера?

– Как? – Барри оживился. – Я не припомню!

– Сымайте два, да вселяйтесь, – Сивый поднял вверх указательный палец.

 – Токма, предупреждение строгое дайте хозяину двора постоялого, чтобы тот не говорил, да ни в коем разе, про то, в каком именно номере вы отдыхаете. Да следите за гостями из комнаты напротив, – Остапий завершил пояснение и надавил глушителем револьвера на голову Рогатого. – Итак, обзовитесь, да обскажите-ка нам, от кого прибыли, да и по какой-такой надобности в щели глазеете и подслушиваете? Ну? – добавил он строгим окриком и оскалился, чем нагнал на бедолагу дополнительного страха.

Бздынь!

На пол упала связка саквояжей с плеча Бурого, которую он не смог поправить по вполне объективной причине.

Весело звякнули монеты и украшения, заставив всех опустить взгляд на пол.

– Не губите! – вскричал Бурый и бахнулся на колени, не обращая внимания на клинок у своей шеи. – Откупные мы принесли! Всё в целости! Собранное для уважаемых…

– Главы наших ватаг постаралися! – подхватил Рогатый. – Вот, для общества всё и сготовлено!

– Все скинулись? – уточнил Сивый, отводя дуло оружия чуть-чуть в сторону.

– Все-все… – запричитал Бурый. – Окромя несговорчивых братьев Трофичей… Так, а оные завсегда особливо держатся, не принимают решений уважаемого общества, нашего и вообще…

– Та-а-ак! – протянул Остапий и нахмурился. – А ну-ка, мил люди, поднимайтеся с коленок-то, – он похлопал револьвером по голове Рогатого. – Счас пояснение дадите, а опосля гостями нашими побудите, – добавил он сменив тон на более мягкий.

– А чево вас выбрали-то? – Барри не удержался от сарказма. – Как тех самых, кого вовсе не жалко? Хе-ех! Узнаю правила ватажной жизни, это же… Как уж там её Феликс окрестил? Но-ста-льги-я, просыпается у меня! – добавил он и хихикнул.

Смешок здоровяку не очень удался из-за его характерного баса, и подействовал на посыльных не в том ключе, в котором был должен.

Господа, конечно же, встали с колен, однако трястись начали. Зрачки неистово забегали в их округлившихся глазах, а воображение нарисовало в Сивом и Барри зловещих людоедов.