Берсерк забытого клана. Боги и Демоны Захребетья

– Я немного постарше, чем все Рюрики и другие люди, пытавшие счастья стать обладателями атрибутов Владыки Захребетья, – начало ответа прозвучало с нотками безразличия. – Несколько раз я готовилась владеть ими, но всегда вовремя останавливалась, или меня останавливал случай, – Алайси ухмыльнулась и взмахнула крыльями, отчего снег поднялся с камней. – Например, как с тобой или с предыдущим Рюриком, – уточнила она.

– Так это хорошо или плохо? – не выдержал я её недосказанного монолога.

– Думаю что для меня это не важно, а вот для тебя… Х-хм, а ты сам догадайся.

– Ты хочешь сказать, что разговоры окончены? – не поверил я.

– Ну ты же сам постоянно думаешь о возвращении, – она намекнула на осведомлённость о моих беспокойствах.

– Допустим, – не стал я отнекиваться. – И как мне вернуться, да ещё и из города этого выйти, правда города я не увидел, кроме развалин старого здания.

– Феликс Игоревич, – она сменила тон на строгий. – Не придумывай проблем там, где их нет!

С этими словами он взмахнула крылом и из него выпало красивое перо, которое приземлилось прямо мне в руки. Я посмотрел на это диво и отметил, что оно имеет надписи на непонятном языке. Подняв глаза на демонессу, я открыл было рот для вопроса, но…

– Погоди, – крылатая девушка подняла ладонь. – Представь свою келью, что в бастионе находится! – резко скомандовала она.

Я послушно закрыл глаза и представил, как сижу на диванчике за столиком.

– Знаете, Алайси, – заговорил я начав открывать глаза. – А зачем это предст…

Тут я осёкся и вперился взглядом в обеспокоенное лицо Ефима.

– Феликс! Князь? – денщик опешил и выронил из рук какую-то ношу, которая звякнула об пол.

Глава 5. Предвестники разборок и смены приоритетов

Сказать, что я обалдел от столь неожиданного перемещения – это ничего не сказать. Как не сказать и об удивлении Ефима, так и продолжившего стоять с отвисшей челюстью.

Кроме вскрика, прозвучавшего с моим появлением в кельи, он не в состоянии вымолвить ещё что-нибудь. Никаких дополнительных реплик старый солдат не подаёт, и только округлившиеся глаза денщика отражают испуг с одновременным изумлением, по поводу моего неожиданного возникновения на диванчике.

Вот меня нет, и бац – вот он, тутачки я!

– Ефим, – дернул я денщика за рукав.