Берсерк забытого клана. Рекруты Магов Руссии

Мощь просматривается такая, что меня… Не. Не так я начал. Телег пяток она не почует, если просто пойдёт пастись на лужайку, а транспорт прицепится по дороге. Это чудовище смотрит на меня испытующе и чего-то ожидает.

– Вот это да! ЛОШАДЬ! – вырвалось у меня непроизвольное восклицание.

Но вот конюх чем-то загремел и заставил меня обернуться. Он отшатнулся, со взглядом испуганного зайца перед удавом. Я открыл было рот для правомерного вопроса, но тут…

Ша-а-ара-рах! Трр-реесь!

Кусок выломанной доски просвистел над головой и впечатался в стену напротив.

– Это не лошадь, идиот! Это – КОНЬ! – истошно заорал побледневший конюх. – Бее-е-ги-и-и!

И я побежал с яблочком и морковкой в руках на волю! Быстро-быстро…

За мной слышится стук копыт и всхрапы, ржание и ещё что-то… А всё вместе это напоминает не что иное, как рычание разъярённого зверя! Ну, вот и познакомился…

Прощай, Феликс! И примешь ты смерть от коня своего!

Такие слова пришли мне в голову, хотя я доподлинно знаю, что эту поэму я даже не читал! Вот и всё! А как хорошо всё начиналось… И тут этот КОНЬ!

Глава 3.

Очухался я на мощной ветви раскидистого дуба, смотрящим с ужасом на разъярённое животное, занятое поиском способа меня достать или скинуть с дерева. Повезло, что конюшни находятся на самой окраине города и до леса от них рукой подать.

Это если применить к моему конкретному случаю, так как расстояние в полкилометра, от крайнего строения пригорода и до этого дуба, стоящего на крохотном холмике, такого вот одинокого предвестника скорого начала лесной зоны, я преодолел в полной отключке от реальности.

Все мои мысли разлетелись и оставили только боевого коня, расстроенного моей невнимательностью к своей ранимой и одновременно гордой персоне.

Ещё я осознал, что у страха глаза велики, так как этот конь, роющий копытом землю под дубом, просто крупный, выделяющийся повышенной мохнатостью, а также необычайно густой и длинной гривой.

Приплюсую сюда заметно укрупнённые копыта, прикрытые длинной шерстью, начинающейся от суставов голеней. Такие своеобразные башмаки получились или сапоги, увеличивающие визуально нижние части ног лохматыми конусами, выделенные ещё и тёмным, почти чёрным цветом на светлых, практически белых, по окрасу, ногах.

Об окрасе отдельно можно говорить и непременно долго его описывать.