Любовь зла 2.0

Достойней в эпоху калош

Умела девчонка одеться.

Мальчишкой за нею пойдёшь

И сразу же выйдешь из детства.

Припомню, и вздрогнет стило,

Так щедро когда-то мне снились

Мадонна с соском наголо

И две стюардессы в бикини.

А нынче мне страшно прилечь,

Такая хреновина снится:

Я сам с волосами до плеч

И Муза в поношенных джинсах.

Как много обидных потерь.

Пишу я, а радости нету.

Не много подсмотришь теперь

В оконце строки у поэта.

И, кепкой прикрыв полчела,

Скажу молодёжи устало:

«Хорошая ж мода была.

Так пусть повторится сначала».

Катеты

Неповторимо зримы зимы лжи,

в которых было треугольно странно.

Живи теперь, мой катет, не тужи,

гипотенузе всё по барабану.

    Анна Корнет

Жила я треугольно, без забот

в задрипанной квартире коммунальной

гипотенузой с катетом, а катет тот

не знал, кто был ему ортогональным.

Напрасно не светилась между строк,

ведь в тайне суть подобного союза.

Ещё со школы помнила урок:

два катета – одна гипотенуза.

Зимой любила печь свою топить,

углы слагая в треугольной драме.

Но в сумме выходило только Пи,

уместное для карасей в сметане.

И вот, пока те караси пеклись,

свершилось геометрии возмездье:

два катета таки пересеклись

букетами в моём подъезде.

Плита не отмывалась, был звонок.

Меня смутила суета за дверью.

Испуганно смотрю в дверной глазок,

и в первый раз глазам своим не верю.

С тех пор, всем теоремам вопреки,

живу одна, но вот какое чудо:

два катета мои, как голубки,

теперь вдвоём, и где-то делят угол.

Сирень в стихах опять взбивает крем,

а я лечусь дарами Диониса,

и избегаю треугольных тем –

выходит, я была им биссектрисой.

Мотылёк

Лети отсюда, белый мотылёк.

Я жизнь тебе оставил. Это почесть

и знак того, что путь твой не далёк.

    Иосиф Бродский

Я обнял эти плечи и застыл.

Ведь то, что оказалось за спиною

так преданно твой защищало тыл

тем, что не встретишь снежною зимою.

Был виноградом оплетён фасад,

ветрами, сыростью и временем истёртый.

Тропинка, что вела в прозрачный сад,

дорожкою прикидывалась жёлтой.

Сад зеленел. Лоснился огород.

Цветы торчали одурью бессонной.

От ветра лук и молодой горох

казались зеленью одушевлённой.

Но мотылёк мне голову вскружил,

и наш неспешный тет-а-тет нарушил.