Камер-паж ее высочества. Книга 2. Часть 2

– Ну, чего? – она удивленно подняла бровь. – Все же осудили? А теперь я хочу отдохнуть, а то что-то я сегодня умаялась!

Она замолчала и, так и не дождавшись от нас в ответ ни единого звука, вышла из зал, предварительно бросив через плечо:

– Мальчики, заканчивайте! Вам тоже пора отдыхать!

– Да, мама! – предусмотрительно крикнул я ей вслед. А то еще вернется, чтобы проверить, как мы услышали!

Я повернулся к Грануру.

– Слушай, мы, наверное, пойдем, а то уже действительно поздно, а день был суматошным… Мы завтра придем, ладно?

– Приходите! – кивнул головой Гранур.

Когда мы были уже рядом с выходом из зала, Дель Реввик меня окликнул.

– Волан!

Я повернулся и вопросительно посмотрел на него.

– Тут, такое дело… – он как-то замялся. – Короче, если тебе будут сниться необычные сны – ты не пугайся, ладно?

Я остановился и полностью развернулся к Грануру.

– Что за сны? – я услышал, что, ушедший было вперед Рык, остановился и возвращается.

– Да я-то почем знаю?! – искренне удивился мой собеседник.

– А как я пойму, что они не обычные? – не отставал я.

– А-а-а-а! – раненым зверем заревел Гранур. – Отстань, противный! Когда приснится – тогда поймешь! Все, иди, отдыхай! – продолжал реветь наш собеседник. Я, схватив Рыка за руку, счел разумным побыстрее покинуть этот зал с алтарем и таким нервным магом-магистром.

После бессонной ночи, после суматошного, полного событиями дня, я уже настолько устал и хотел спать, что, отослав Рыка на ужин в трапезную, сам кое-как доплелся до нашей комнаты и, быстро раздевшись, завалился спать.

И именно в эту ночь я понял, что имел в виду Гранур, когда предупреждал меня о необычных снах!

М-да! Необычные – это очень мягко сказано!

Нет, поначалу все было очень даже мило. Мне снилось, что я сижу без одежды, только в очень маленьких, плотно облегающих трусах, сделанных из какого-то неизвестного мне, растягивающегося материала, в очень удобном кресле-качалке, на какой-то террасе.

На голубом, без единого облачка небе, вовсю сияет солнце, но его лучи, попадая на кожу, не обжигают, а мягко согревают ее. С террасы открывается вид на какой-то водоем, правда очень солидных размеров, так как противоположного берега видно не было, а сколько хватает глаз – только голубая вода, своим цветом соперничающая с голубизной неба, с которым и сливалась где-то там, где заканчивалась моя способность видеть.