Камер-паж ее высочества. Книга 1. Часть 1

– Наверно целый золотой, или нет… Два золотых… Хотя может и десять. – не дождавшись от меня ничего кроме хмыка, Крис продолжал размышлять вслух. – Вот найду десять золотых, и куплю себе такую карету. А лучше две… ну если хватит… Хотя не. Зачем мне карета, если нет лошади. Во придумал! Куплю лошадь, поступлю на службу. С конем всяко на службу примут. Это ж не абы что, а конь! Так ведь Воль?

Мика, дурачась и издавая непонятные вопли схватил меня руками за лицо, перекрывая возможность нормально видеть и внятно говорить.

– Эм… Мну… мо…эт. – братик настолько сильно зажал мне ладошкой, что я смог только невнятно мычать.

– А потом, я совершу какой-нибудь подвиг и меня наградит сам король. Ух, и заживу тогда! Переедем с мамой, папой и двумя сестренками в Средний город. У нас будет большой дом, как ваш. Хотя нет, больше в два, или даже три раза. Вот – Крис продолжал мечтать вслух, а мы проходили мимо серых одинаковых домишек, расположенных в хаотичном порядке вдоль улицы. Из-за того, что дома стояли на некотором расстоянии меж собой, улицы и переулки превращались в огромный и загадочный лабиринт.

Мы, девчонки и мальчишки, с нашего квартала любили играть в этих закоулках. Прятаться меж домов и сараев было одно удовольствие, и хотя с малого возраста мы облазили кажется каждый уголок в радиусе полумили, но нет… Иногда, бродя по лабиринту в поисках какого-нибудь занятия забредешь в такое место, что потом не сразу и сообразишь, где оказался. Вроде вот каждую щелочку знаешь, каждое бревнышко в любой из оград, но нет, всегда найдется неизвестное местечко.

То завалившийся забор заброшенного домика обопрется о соседнюю изгородь, соорудив шалаш. То хозяева решат построить на свободном месте какую-нибудь сараюшку, внося еще больший сумбур в лабиринты улиц и проулков. Город менялся постоянно, жил своей особенно непостижимой жизнью, обновляясь каждый миг.

– Пусти. Я сам. – задумавшись, я не сразу сообразил, чего от меня хочет Мика, яростно дернувший меня за уши.

Крис шел, что-то неслышно бормоча под нос, полностью уйдя в себя. Я и не заметил, как улица резко оборвалась, выведя нас на небольшую площадь, раскинувшуюся у Северных ворот рынка.

Подхватив мальчугана, я аккуратно поставил его на землю.

– Давай на пеегонки? Кто певый, тот и лыцарь? – Мика вытерев нос рукавом поднял голову вверх, и с надеждой посмотрел на меня.

Вот же неугомонный!

– А давай! На счет раз.