Малыш Гури. Книга шестая. Часть третья. Виват, император…

– Да ты не беспокойся! Нас не тронут, и мы никого не тронем, но с нами вар, тебе это о чем-то говорит??

Орк судорожно сглотнул и, прикрыв глаза, кивнул.

О, демоны! Вот же «счастье» привалило! Всё мне здесь разнесут, если кто на них кинется.

– Он за командира, так что попочтительней, но не лебези, он тоже воин от бога, вернее, от богини! – и этот Гных, развернувшись, посмотрел на притихших собравшихся и громко произнёс:

– Чтобы исключить непонимание, – усмехнулся он, – предлагаю желающим почесать кулаки прямо сейчас выйти на задний двор.

– А на мечах слабо? – раздался голос из закутка, где трапезничали командиры рыцарского отряда.

– Да с удовольствием, только вот, за увечья извините, меч не кулак – его трудно остановить.

– У нас собой лекарь имеется! – опять этот молодой голос.

– Если успеет, то пускай. Так что, сразу расходимся миром, или кто размяться хочет?

Гул голосов в зале.

Все устали от безделья, а тут такое представление намечается.

Вот только…

Очень опытные бойцы в этом рыцарском отряде и никто не спешит подставлять свою голову ни под кулаки, ни, тем более, под меч непонятного орка, за исключением, пожалуй, молодого господина из состава командования отряда. Вот тому отчего-то на попе ровно не сиделось, или хотел таким извращённым образом поставить крест на своих проблемах и переживаниях, или собирался заработать авторитет среди сильных опытных воинов, которые, судя по всему, его и сопровождали, в известное только им место.

– Жду желающих во дворе. Кто хочет рискнуть деньгами, ставьте на своего бойца. Ответная ставка с нашей стороны. Не обидим.

И орк, помахав рукой собравшимся, двинул в сторону выхода.

Трактирщик перевёл взгляд на командирский столик, а там, походу, вёлся, хоть и шепотом, яростный спор. Навострив уши, полукровка смог различить только несколько слов и фраз.

– … ты сдурел? Кольчуга явно из чешуи драконов… он тебя переломит… только не на кулаках… тут у тебя шансов точно нет… – и последнее – делай как знаешь! Вот и возбуждённые постояльцы трактира потянулись, где по одному, а где и парами, и даже квартетами, на выход.

– Матвей! – зычно закричал он.

Из двери, ведущей на кухню, появилась вихрастая физиономия подростка.

– Посиди за стойкой, а я освежусь на улице. Кто зайдёт – займи беседой.