Последняя схватка

Последнее, что он помнил – это жуткую боль в ребрах, медленно сдавливаемых бронескафом, кое-как сопротивляющемуся зубам громадного ящера. В какой-то момент боль стала настолько сильной, что нейросеть посчитала ее уровень слишком высоким и отключила сознание Андрея.

Открыв глаза, он попытался осмотреться, и замер, чуть не запаниковав. Ослеп! Вокруг была кромешная тьма. Само собой первой мыслью было, что лишился зрения.

Змей попытался протереть глаза, но лишь с размаху ударил по закрытому забралу.

От достаточно сильного удара со шлема отвалился кусок чего-то не пропускающего свет.

Луч, ударивший по широко раскрытым глазам, вселил в душу радость. Слава богу, зрение в порядке. Быстро очистив со стекла грязь, Андрей осмотрелся вокруг.

Находился он в каком-то овраге на самом дне. Рядом неспешно нес свои воды ручей. Склоны оврага были глиняные без каких-либо признаков растительности.

На одной из сторон видны были следы, как будто катилось бревно. Змей хмыкнул. Теперь хоть стало понятно, каким способом он оказался на дне оврага.

Знать бы еще, как далеко до ближайшего подразделения Легиона.

Кое-как поднявшись на ноги, все-таки тело болело достаточно сильно, хоть и вполне терпимо, он направился к ручью, у которого присел на корточки и, открыв шлем с наслаждением плеснул на лицо водой. Ледяная вода освежила лицо и привела немного в чувство.

Андрей аж подскочил на месте. Да и любой бы, наверное, подскочил на его месте. Находится на незнакомой планете, один.

Практически без снаряжения и так спокойно, будто на природу выехал, где-то на Южном Урале, плескает на себя из ручья.

А вдруг бы там оказалась не вода, а какая-нибудь кислота? Неизвестно сколько до ближайшего медпункта. Так и помереть можно, несмотря на довольно продвинутый бронескаф со встроенной аптечкой.

Именно мысль об аптечке и стала тем, за что зацепился мозг. Аптечкой можно управлять через нейросеть. Нейросеть…. Андрей сконцентрировался на значке, мигающем на самом краю зрения.

Фууух, развернулось уже привычное меню. Найдя в нем пункт контроля жизнедеятельности, он начал просматривать, что же с ним не так. Пока было свободное время, он постоянно учился. И одна из первых его специальностей, изученных уже в Легионе, была – военно-полевой врач.

Поэтому отчет системы мониторинга организма был ему вполне понятен. По мере того, как он читал этот доклад, его глаза становились все шире и шире.