Забери мою тьму

Она провела рукой по груди мага, шепча слова исцеляющего заклятия. Отметила про себя, каким сильным было его тело, как крепки были мышцы. Перед ней лежал поверженный воин, даже сейчас, оглушенный и раненный, он был… Алания вздохнула. Он совершенен. Освобождая мага от рубашки она вспоминала по-девичьи изящного жениха. Прогнав из головы ненужные мысли, девушка приступила к обработке раны. Зубами выдернула пробку из склянки и, не переставая шептать заклинание, капнула Живой водой на обугленный край следа от заклятие.

Маг дёрнулся, Алания с трудом удержала его.

– Пожалуйста, лежи, – шептала она. – Сейчас, ещё немного, так нужно, пожалуйста, потерпи…

Края раны пенились и зарастали, из глаз девушки текли слезы. Всё будет хорошо, всё обязательно будет хорошо! Она плакала, капала Живую воду на грудь мага и шептала, шептала лекарское заклинание и вновь проклинала жениха, заклинала боль и звала мага, по-прежнему недвижимого. Когда ресницы его дрогнули, девушка застонала от счастья.

Не в силах справиться с охватившим её волнением, она наклонилась к магу ближе и положила голову ему на плечо.

Лан с трудом приоткрыл глаза. Она была рядом. Дрожала и всхлипывала, но не переставала шептать. И маг чувствовал, как боль уходит, зрение становится острее, возвращается слух. Он осторожно коснулся волос Алании и произнёс пересохшими губами:

– Спасибо…

Шевелиться не хотелось. Алания боялась спугнуть иллюзию спокойствия, а Лану любое движение давалось тяжело и причиняло боль.

Видимо действие заклятия не ограничилось одной раной. Но с этим он разберется позже, как и с тем, кто на них напал. А сейчас было только цветочное поле, горьковатое звучание полыни и цветочно-фруктовый аромат ромашек. И облака. Такие величественные, неторопливые. Они плыли по небу неспешно, как лошадки на ярмарочной карусели, куда маленький Лан как-то ходил с матерью. Одно было похоже на бегущего пса, второе – на рогалик из пекарни в одной из деревень, где довелось бывать магу. Ланиус раньше не замечал, как вокруг светло, красиво. И никогда не чувствовал такого всепоглощающего счастья.

– Спасибо, – повторил Лан, улыбаясь. – Все-таки лекарь из тебя неплохой, не зря ты за мной увязалась.

Алания вмиг подскочила и уставилась на него. Каков нахал! Она тут жизнь ему спасает, а он ехидничает! Да она чуть жениха не прокляла, вот оставит его тут, прямо в поле, и пусть как хочет и куда хочет идет.