День доспехов и т. д.

 – Разрешите коротко доложить об итогах проверки командного пункта?

– Почему же коротко? – уточнил голосом командира вошедший в образ майор. – Давай уж со всеми подробностями. И не спеши: я записывать буду.

На том конце провода возражать не стали, хотя интонация докладчика, особенно в начале бесславной речи, говорила об искреннем удивлении. Пичагин-то явно хотел отчитаться поскорее и убыть домой, где его дожидалась в холодильнике припасённая бутылка свежего пива. Обычно доклады по громкой связи занимали не более пяти минут, да и то только в том случае, если у командира возникали вопросы.

Полный же доклад, которого потребовало высокое начальство, мог занять минут двадцать, причём при условии, что дополнительных вопросов не найдётся. Подполковнику стало грустно, но делать, как видно, было нечего, и он приступил к докладу со всеми подробностями. В рапорте были перечислены все пункты проверки и отмечены обнаруженные недостатки, которые следовало устранить в ближайшее время. В ходе своего монолога подполковник начисто забыл про негативные эмоции, посетившие его в начале повествования и по-деловому сосредоточился на содержании, чтобы у командира вопросов не появилось и вовсе. Жаль только, что не видел Пичагин, как в комнате дежурного валялись от смеха те, кто оказался свидетелем жестокого розыгрыша.

А Филиппов забавлялся дальше, усевшись на стул напротив селектора, и полностью, даже в малейших жестах и мимике, пародировал командира части.

– Филиппыч, – кто-то из офицеров с трудом произнёс сквозь смех, – тебе в цирке выступать надо. Там после тебя клоунам делать нечего.

– Цыц! – пригрозил майор публике, и все разом затихли в ожидании развязки, которая наступила ещё минут через пять, когда уставший от доклада подполковник наконец завершил свою речь.

– Какие будут указания, товарищ полковник? – спросил селектор голосом Пичагина, и в комнате дежурного все набрали воздуха в лёгкие.

– Ну, какие тут могут быть указания? – всё тем же голосом главного лица боевой воинской части переспросил майор и, выдержав законную паузу, весело добавил. – Дежурь дальше, бестолковка.

Комната дежурного мгновенно взорвалась от дружного смеха несчастных свидетелей невинной забавы доброго комика в майорских погонах. От смеха в тесном помещении дрожало всё: и мебель, и часы с кукушкой, и окна, и стены, и пол, и даже сейф с пистолетами.