Осень призраков

Ньютон застыл и слушал, как кривая улыбка все острее прорезает его лицо.

Барнби – брехливая сторожевая шавка – выкатился из-за спины и затявкал.

– Мы спешим, дружище, было бы отлично пропустить по стаканчику, но мистер Майнер – большая шишка, ему кровь из носу нужно поговорить с шерифом.

Рэндж и парень одинаково подняли брови. Не ожидали от Барнби такой прыти. Тот довольно захекал.

– Мистер Майнер, – вежливо взялся за шляпу незнакомец. – Торгуете серебром? Или углем? Какое дело у вас к боссу? Может, я вам помогу? Том Морган – помощник шерифа.

Меня еще знают как Пушку.

«Сильвер Майнер и Томми Ган», – Ньютон увидел это, как название детской книги. Дело принимало крутой оборот. Они вляпались в чан с липкой карамелью.

– Нет-нет, приятель, нам нужен только шериф, сам понимаешь, дело тонкое, деликатное. Не терпит чужих ушей, – Барнби шагнул на ступень ниже Рэнджа и нетерпеливо дернул головой: «Пошел!» Он был не так уж прост, этот новенький в банде Мак-Брайта. Что-то в его повадке сказало Томми больше, чем все слова.

Помощник шерифа продолжил так же ясно улыбаться, но рука сползла на кобуру.

– Ошибка, приятель, – пожурил его Барнби. – Ствол нужно доставать сразу.

Выстрелы раскололи вечер. Скрипка взвизгнула и заткнулась. Томми Ган сползал по перилам, цепляясь за них холодеющими пальцами. Крови почти не было. В зале не осталось свободных рук, стволы смотрели во все стороны. Певички метались в ужасе.

– Ты еще тут?! – заорал Барнби, белый от гнева, и саданул Рэнджа рукоятью в плечо.

 – Я грохну тебя, если он уйдет!

Патроны раскатились по лестнице. Мальчишка исчез. Ньютон испытал секундное облегчение. Хотя бы парнишке ничего не грозит. Но Рэндж поторопился.

– Том! – раздался зычный рев со второго этажа. – Чертова брюква, Том! Что там за дерьмо?

Рэндж прыжком одолел оставшиеся двенадцать ступеней. В грудь ему уперся револьвер.

– Ты, мать твою, кто еще такой? – в полутьме коридора качалось лицо Мак-Брайта. В первый момент Ньютону показалось, что это нелепая шутка, ублюдок заставил его подняться из холла, а сам забрался по приставной лестнице или зашел с черного входа.

Вечер скрадывал детали, но несомненное фамильное сходство, нос, разрез глаз, чудовищная насечка через все лицо! – твердили, что это Мак-Брайт.

– Чего уставился, призрака увидел? – Он держал перед собой мальчишку, прикрываясь им, как живым щитом. Рэндж уронил взгляд и едва не порезался о блестящую, любовно отполированную звезду шерифа.