2024-й

Лисенок вышла с капельками воды на длинных ресницах, принюхалась:

– Как вкусно пахнет! Это она сама?

– Умница, правда? – спросил я.

– Еще какая!

– Садись.

Я щелкнул пультом на брелке, под потолком вспыхнула люстра. Лисенок ахнула в который уже раз.

– Как ты это делаешь?

Я бросил ей крохотный пультик, она ловко поймала.

– Вот смотри. Тут можно по-разному… А вообще-то сейчас ставят системы, чтобы по хлопку ладонями или кодовому слову. Так еще удобнее.

Пока она игралась со светом, включая то по одной лампе, то целыми гроздьями, я проверил таймер на кофеварке, пока тоже без сбоев, и взял в руки нож и вилку.

Лопала она с аппетитом, глаз не отрывала от роскошного экрана. Блюрейки в России только начали появляться, стоят дорого, фильмов на них почти нет, а что есть, то на английском, но зато какое изображение, она с зачарованным видом даже промахивалась ложкой мимо рта.

– Здорово, – прошептала она наконец, – просто чудо… ты прям олигарх!

Я засмеялся.

– У меня нет ни яхт, ни самолетов, ни даже дачи. А квартира такая потому, что сам налаживаю эти системы. Тебе какой кофе?

– А что, можно разный?

Я сказал гордо:

– Мой автомат держит в памяти двести рецептов!

– Ого! Все перепробовал?

Я удивился:

– Женщина я, что ли? Мне и одного хватает.

Она расхохоталась, показывая молоденький ротик с розовым язычком и белыми нестертыми зубками.

После кофе я потащил ее в постель, все-таки там удобнее, чем на кухне или на канцелярском столе, я не любитель даже скромного экстрима.

Она трудилась вовсю, прилежная, как школьница, стараясь уловить все мои желания, потому оргазма достигла на полминуты раньше меня. Может быть, даже не притворилась.

– Хорошо у тебя, – сказала она, приводя в порядок дыхание. – Твои сегодня не приедут?

Я не стал говорить, что неженат, а то размечтается, ответил коротко:

– Нет. Хочешь остаться?

– Если можно…

– Позвони родителям, – сказал я.

Она отмахнулась:

– Да это не обязательно.

Они у меня продвинутые.

– Все равно позвони, – сказал я строго. – Вот такой я старорежимный.

Она вздохнула, затем с недовольной гримаской послушно вытащила мобильник:

– Мама, привет!.. Это я, Лисенок… Да, все в порядке. Мама, я заночую сегодня здесь… Ну, не дома, мама!.. Да нет, я в тот гадюшник больше не пойду!.. Ладно, хорошо. Пока, целую.

Она вздохнула, но тут же лучезарная улыбка согнала морщинку со лба.