Имаго

За столом царило ошарашенное молчание. Лютовой сказал после паузы:

– Я не хочу комментировать, опровергать или что-то говорить по поводу самой статьи. Но то, что она опубликована в «Вашингтон пост», в такой газете… это не районная газета, как уже сказал уважаемый Андрей Палиевич, дает нам право говорить в адекватном ключе. То есть об уничтожении, расчленении, искоренении такого образования, как США.

Майданов отшатнулся, потрясенный. Лицо его стало белым.

– Да как вы… да как вы… осмелились? Как у вас вообще язык повернулся?

– Вот-вот, – сказал Лютовой мрачно.

 – Эту статью вы приняли без комментариев. Может быть, не согласны, но возражать не смеете. Юсовцы уже приучили вас, что могут говорить все и делать все. А нам нельзя не то что написать такое, даже сказать… даже подумать нечто подобное!

Я сказал вежливо:

– А может ли кто-то представить себе, чтобы подобная статья была опубликована в нашей прессе?

Бабурин захохотал:

– Да я эти статьи в каждой газете вижу! И по жвачнику только и говорят, как расчленить Россию…

– Бравлин говорит о Юсе, – перебил Лютовой.

 – Кто-то может себе представить, чтобы в таком оскорбительном ключе написали у нас о США?

Майданов сказал оскорбленно:

– Вы нашему народу таких нехороших взглядов, даже мыслей не приписывайте…

– Нашему доброму, православному, богобоязненному… – сказал Лютовой ехидно.

– Да, – ответил Майданов, – уж позвольте возразить, но в самом деле, нашему доброму! Там могут высказывать все, даже людоедские взгляды, хотя в целом США – факел и светоч западной культуры и действует только в рамках законности.

А вот мы даже высказывать такое не должны. Да, не должны! Ибо… ибо у нас от слова к делу расстояние не длиннее рукояти топора!

Анна Павловна суетливо проскользнула за нашими спинами, наполнила чашки. Я поблагодарил кивком, сказал примирительным тоном:

– Это раньше так было. Теперь и у нас только языками мастера… И лизнуть, и просто поболтать. Это у исламистов от слова к делу расстояние не больше диаметра атома водорода…

Лютовой поморщился, словно ему напомнили о бездействии патриотических организаций, заговорил, сразу накаляясь, как о наболевшем:

– Кто спорит, кто спорит? Да, у ислама больше моральных ценностей, чем у так называемой западной цивилизации!.

. Но дело в том, что моя Россия – тоже часть западного мира! Хрен с ними, Юсой и ее сворой – пусть бы ислам их перемолол в порошок, я бы только поаплодировал. Но для ислама нет разницы: Юса, Россия или Китай.