Империя Зла

Вот Коломиец уже над вами улыбается! Интеллигент, а все-таки ехида… По своей финансовой грамотности… что за счет остальной образованности, естественно, не подозреваете, что распеваете государственный гимн Франции. «Марсельеза» зовется, если еще не слыхали. Так что это не мы придумали старое рушить, а взамен новое. Сама природа подсказывает! Когда на ваших глазах валится старое прогнившее дерево, то подрастающему вокруг молодняку сразу больше солнца, света, земли, хотя кто-то из того молодняка и погибнет под рухнувшим гнильем…

Коломиец на меня посмотрел холодно, игнорировал, а Коган спросил убитым голосом:

– Это что же… обосновываете необходимость… уничтожения США? Не отпора им, а вообще – ножиком по горлу и лапти кверху?

Кречет поморщился:

– Сруль Израилевич, зачем таким трагическим голосом? Когда грубое и бедное христианство уничтожило красочную языческую религию… с ее вакханалиями, праздниками плоти и прочими весьма, надо признаться, привлекательными для масс увеселениями, то была уничтожена только Римская империя, а не римский народ… Впрочем, даже Римскую империю, как мне помнится, не ножиком по горлу, как вы образно выразились.

Римские императоры еще несколько веков водили войска, но уже под христианскими знаменами. Нет, мы обосновываем необходимость уничтожения этой тупой скотской идеологии. Конечно, полетят и головы некоторых особо упорствующих идеологов. Но неизбежно наступит свежее утро!

Коган пробормотал:

– Интересно, как будут рубить голову Фрейду?

Краснохарев оглянулся на окно раздачи, почему все еще не принесли его бифштексик, не самый большой, а который во всю сковородочку, вздохнул:

– Так-то оно так… Умом все понимаю, но ничего поделать с собой не могу. Хотелось бы прожить тихо и без потрясений.

Кречет бросил взгляд в мою сторону. Я понял, кивнул:

– А мне хотелось бы еще больше. Вы знаете, через какие сражения я каждый день прохожу, пока прорвусь через Темный Портал или добуду Звездный Камень? А эти чертовы орки, что уже и в космосе организовали оборону?.. Мне тех сражений хватает выше крыши. Но перед нами сейчас мучительный выбор, как у, скажем, того же просвещенного римлянина.