Контролер. Бригантины поднимают паруса

Он не назвался, хотя для меня это и необязательно, говорит по-русски чисто, без акцента, что и понятно, Израиль на треть из русскоязычных, из понаехавших только молодежь осваивает иврит, остальные так и остаются в своей языковой среде.

Правая рука руководителя группы явно араб, последние годы жизни начисто стерты из инета, но по предыдущим видно, что один из преданных сторонников распространения ислама, однако высшее образование получил в Штатах, а общее интеллектуальное развитие не позволяет перейти на сторону фундаменталистов.

Более того, честно сотрудничает с израильтянами, вроде бы парадокс, но у евреев и арабов один отец, Авраам, да и Коран вытекает из Библии напрямую, это христианство – куда более кривая веточка этого единого дерева…

Все, кроме Эсфири, поместились в автомобиль с зарядами, а она помахала вдогонку рукой.

– Не сильно струсил?

Я проводил взглядом быстро уносящийся автомобиль.

– А чего так долго добирались?

– Да как тебе сказать… – произнесла она.

– Говори, – сказал я великодушно. – Надеялась, что меня убьют и твое сердце не станет больше страдать и рваться от безудержной любви ко мне?

– Паразит, – сказала она с сердцем.

– Или хотела посмотреть, как сам всех перебью? Конечно, было бы их там хотя бы дюжина, а то всего двенадцать человек.

Она напомнила:

– Ты велел затаиться и ждать. Мы прибыли на три часа раньше боевиков!..

– Ох, – сказал я почти виновато, – я считал, что ты женщина… а те унылые существа всегда опаздывают… И как?

– Замаскировались, – сказала она сердито, – а они явились и начали устраиваться прямо на том же месте.

Один мне чуть на голову не сел!.. Тупые, за целых три часа так ничего и не заметили.

– От тебя пахнет дорогими французскими духами, – пояснил я, – эти ребята такие запахи вообще не чувствуют. Им навоз подавай!

Она поморщилась.

– Зато я три часа нюхала, как от него несет жареным луком, жирнющей бараниной и какой-то кислятиной!

– Я тебе возмещу, – пообещал я.

 – При следующей встрече. Французскими духами.

– Я патриотка, – сообщила она с надлежащим высокомерием. – Что там какая-то Франция?.. Франция давно уже не Франция.

– Да, – согласился я, – лучше уж сразу в Алжир, чем в его пригород.

Она смотрела, как я обшариваю трупы, но я взял всего лишь пару гранат и пистолет с двумя обоймами.

– Ага, наконец-то вооружился, трус.

– Пойдем отсюда, – сказал я.