Муравьи

– А что случилось? – спросил Натальин слабым голосом.

– Неизвестно. У них малые мощности. Энергию экономят. Может быть, местные муравьи покусали кого-нибудь или погрызли кабель. Вы согласны?

С переднего сиденья повернулся директор. От натуги лицо налилось кровью, глаза лезли на лоб.

– Наш институт тоже заинтересован, – сказал он многозначительно. – Учтите это обстоятельство, дорогой Сергей Владимирович!

Машина выскочила за городскую черту, замелькали строгие дома научного центра.

– Вы согласны отправиться и проконсультировать на месте? – спросил бывший космонавт в упор.

Натальин ощутил дрожь в коленях. Куда отправиться?

– Перебросим вас с помощью телетранспортации, – сказал директор, словно космонавтика находилась в его ведомстве, – потребуется уйма энергии, но ведь пришел сигнал опасности… Для нашей страны, где все для человека, все только во имя человека…

Машина на большой скорости понеслась к массивному зданию из серого гранита. Возле подъезда стояли трое в белых халатах.

– Этот? – спросил один отрывисто, указывая на представительную фигуру директора.

– Гм, – промямлил директор и побледнел, – я, собственно, тоже знаком с мирмекологией, но обстоятельства не позволяют мне…

Но Натальина по кивку Тролля уже вели по коридору, и он лишний раз мог убедиться, что даже у космонавтов-медиков пальцы тоже железные.

Они вбежали в огромный зал. Все помещение наполнял мощный гул, под куполом откликалось эхо, пол подрагивал. В самом центре блестела круглая плита из черного металла.

– Только консультация мирмеколога может помочь, – сказал космонавт неожиданно тихо.

– Я… я… согласен, – сказал Натальин, изо всех сил стискивая зубы и сжимая кулаки, чтобы они не опозорили его дрожью.

И тут же сообразил, что его и не везли бы сюда, если бы сомневались в согласии немедленно все бросить и отправиться в мир другой планеты консультировать людей из ведомства космонавтики. Странный народ эти планетолетчики!

Несколько крепких парней помогли влезть в космический скафандр малой защиты – жуткую помесь рыцарских доспехов и водолазного костюма для глубочайших спусков.

– Я не могу сделать и шагу, – прохрипел он.

Один из техников, здоровенный детина, сказал торопливо:

– Это облегченный костюм малой защиты. Для кислородных атмосфер!

Но в его голосе Натальин уловил нотку глубокого презрения.