Насты

Они с Люськой сразу уединились в уголке и начали разучивать песню собственного сочинения, Марина играет неплохо, а Люська только поет, но у нее такой звонкий чистый голос, что слушаешь с удовольствием, какую бы лабуду ни верещала.

Данил крикнул им:

– Нам нужно собственный гимн сочинить!

– Обойдешься, – ответила Марина лениво. – Мы только антигимны можем. С эротическим уклоном.

– Наклоном, – уточнил Грекор.

– Да хоть и с разворотом, – ответила Марина.

Данил спросил заинтересованно:

– А это как?

– Не знаешь? – переспросила Марина загадочно.

 – Могу показать…

– Только не щас, – сказал Данил. – Не люблю зрителей, советами затрахают раньше… Толик, я тоже видел в инете призыв выйти на митинг на Болотной. По всем каналам в лапти звонят! Ты хочешь позвать наших пойти поквакать? Вообще-то, бугор… а че нам в самом деле не пойти на митинг?

Грекор сказал пренебрежительно:

– А мы там не бывали?

– Бывали, – ответил Данил, – но как зрители. И еще мы с парнями искали кого бы отмудохать.

Но вот если выйти как сруны… или как насты…

Я покачал головой:

– Митинг завтра, а туда без своих лозунгов нечего и соваться, никто не увидит, что мы – отдельная сила.

– А что за тема? – спросил Зяма лениво.

– Да какая разница, – ответил Данил, – потусуемся, потремся, идейных людей посмотрим. Даже в зоопарк идти не надо. Вроде бы насчет нечестных выборов. Посмотрим, как люди хренью страдают.

– Может, – сказал Грекор с надеждой, – кому-то в рожу удастся вмазать вроде за дело! А че, я бы сходил.

Валентин сказал авторитетно:

– Тогда нам нужно заявить о себе как о новой силе, что проявилась в этом загнившем обществе.

– А что, – спросил Зяма с насмешкой, – выборы в самом деле нечестные?

– Конечно, – ответил Валентин с твердой убежденностью. – Они всегда нечестные! Кто бы их ни проводил. Даже если эти вон, что на митинге, победят, у них что, лучше будет?.. Видели мы, как демократы, дорвавшиеся до власти, хапали так, что коммунистам и не снилось… Но подготовиться нужно.

Придумать и написать плакаты… Подумать, будем нести как транспаранты, на растопыренных руках, или соорудим что-то несомое…

Люська, от усердия высунув язык, тщательно выписывает кисточкой крупные буквы, рядом пристроился Грекор, якобы помогает, хотя чаще просто косит глазом в оттопыренный вырез ее майки. Хотя Люська запросто даст и пощупать, но почему-то интереснее вот так тайком подзыривать на ее тугие яблоки с бледно-розовыми земляничками на кончиках.