Скифы

Это же Москва!

Даже то, что она преспокойно обнажилась до пояса, ни о чем не говорило, ибо в деревнях дети преспокойно водят коз на случку к козлу и следят, чтобы все прошло как надо, видят, как петушок топчет курочек, а дворовый пес старательно трахает все, что движется. Деревенская девушка, которая спокойно может сбросить одежду в компании мужчин, потому что так делают другие девушки, в отличие от них может оставаться чистым и трепетным зайчиком.

Долго стояли на тротуаре плотной толпой, галдели, доказывали, орали, спорили.

Как всегда, расходиться не хотелось, хоть уже за полночь, дважды мимо на сниженной скорости проезжала патрульная машина, но никто не бросался бежать проходными дворами, и блюстители порядка, облегченно вздохнув, проезжали мимо.

Редкие прохожие, завидев группу молодых парней издали, поспешно переходили на другую сторону улицы. Раб Божий поглядывал все тревожнее, возопил:

– Братия!.. Они ж тоже люди!.

. Все созданы Богом! Пойдемте вон в сквер, там лавочки, там никого пужать не будем…

– Ура! – завопил Яшка. Он приехал из Питера специально на встречу, утром обратно. – Пообщаемся! У меня в сумке запас, кому?

Баночки пива расхватали раньше, чем договорил, шумной толпой двинулись в сквер наискось через дорогу. Издали блеснули фары, машина неслась с большой скоростью, но толпа есть толпа, да еще надравшись пива, да еще уже почти скифы, никто не бросился бежать, машина резко сбросила скорость, круто взяла влево, пронзительно скрипнули тормоза, проскрежетало железо по высоким бетонным плитам бровки.

Оглянулся только Крылов, он все старался замечать и делать выводы. Машина поползла, дребезжа какой-то полуоборванной деталью, потом с натугой набрала скорость и скрылась в ночи и отблесках желтых фонарей.

– Бога возьмем Табити? – деловито поинтересовался Матросов. – Нам нужен настоящий пролетарский бог – суровый и беспощадный!

Он победно оглядывался по сторонам, парил, удалось вспомнить верховного бога скифов, но Гаврилов безжалостно поправил:

– Табитс.

Ее звали Табитс.

– Ее? А что, он не самец?

– Самка, – ответил Гаврилов. – Чесс слово, самка!..

Раб Божий сказал укоризненно:

– Какие-то слова вы пользуете, странные… разве ж о божественной сути так говорят? Боги по сути своей двуполы. Возможно, троеполы.