Святой Грааль

Олег проворчал задумчиво:

– Что за упрямое дерево? Дрожит от страха, но стоит на своем. Гордое! А началось еще при сотворении мира. Осина тогда единственная отказалась выполнить какую-то работу, что все деревья сделали… На Руси нельзя в грозу прятаться под осиной, ибо Перун бьет в нее, стараясь попасть в беса, что всегда прячется под осиной. Однажды он так влупил молнией, что кровью забрызгало до самой вершинки, с той поры листья осины такие красноватые. А дрожат еще и потому, что между корнями спят бесы, чешут спины.

Про осиновый кол, что забивают в упырей, сам знаешь…

Голос его упал до шепота, он уже забыл о Томасе, разговаривал сам с собой. Томас задержал дыхание. Откуда калика знает, как пороли и распинали? Или правду говорил полковой прелат, что один свидетель все еще ходит по земле?

За ночь стены замка остыли, в сумрачных каменных залах стало зябко, как часто бывает летом в пустынных странах: днем от жары истекаешь потом, яйцо, закопанное в песок, испекается, а ночью зуб на зуб не попадает.

Олег нашел Чачар у жарко натопленного камина. Уже умытая, свеженькая, крепкая, как налитое сладким соком яблочко, сидела на крохотной скамеечке перед жарко пылающей печью, подбрасывала в огонь чурки. Сапожки стояли на железной решетке, босые ступни зарывались в звериную шкуру на полу. Она подняла навстречу калике раскрасневшееся от жара лицо. На пухлых щеках играли нежные ямочки.

– Милый Олег, тебе надо лежать! Такая рана…

– Зажило как на собаке, – отмахнулся Олег.

 – Это на благородных заживает кое-как. Мы уже два дня гостим, пора и честь знать. Горвель в замке? Или уехал на охоту?

Чачар пугливо оглянулась, прошептала:

– Слышал? Сегодня ночью прибыл таинственный гонец. Сэр Горвель заперся с ним в покоях, не допустил даже леди Ровегу.

– У Горвеля большое хозяйство, – пробормотал Олег, сердце сжалось от нехорошего предчувствия. – Да и места неспокойные! Король мог оповещать вассалов, что близится новое выступление сарацин.

– Они спорили! Кричали! – Чачар оглянулась по сторонам, прошептала еще таинственнее: – Я случайно проходила мимо двери… Гость что-то требовал, а наш хозяин не соглашался.

Тогда гость заорал на него, грозил!

– Слышала хорошо?

– У меня развязался шнурок, я остановилась поправить. Так уж получилось, что, когда наклонилась, увидела сквозь замочную скважину Горвеля и гонца. Поверишь ли, у Горвеля лицо было несчастное, униженное!.. Я считаю, мужчин нельзя так унижать.