Трое в Песках

И так потратил полжизни на глупости, вспомнить стыдно. На столе второй месяц ждут таблички из обожженной глины, что повезло найти в песках. Если удастся прочесть, то, возможно, именно там узнает секрет вечной жизни и абсолютной власти.

Мрака бил озноб, зубы лязгали так, что перекусил бы рукоять секиры. Таргитай закрывался ладонью от нещадного блеска, что излучала золотая башня. Гигантская, вся словно из золотых глыб, вырастала прямо из такого же золотого песка, уходила в непривычно оранжевое, будто раскаленное небо.

Олег переступал с ноги на ногу. Вода на горячих плитах шипела и уходила паром. Разбитые в кровь, толстые, как оладьи, губы на обезображенном лице шевельнулись с трудом:

– Боги… Такого мира не может быть… Ни Лес, ни Степь…

Таргитай сказал хриплым измученным голосом:

– Кругом Песок… Это мир Песка!

– Такого мира не может быть, – повторил Олег несчастным голосом.

– Есть.

– Может, мы уже… Или нам мерещится?

Мрак остался висеть на плече Олега, черные, как уголья, глаза все чаще туманились от боли и слабости, но страшным усилием стряхивал черное забытье – руку Ящера, владыки подземного мира.

Перед глазами колыхалась широкая спина Таргитая, на перевязи висел меч с блистающей рукоятью, страшный меч бога войны, доставшийся им так тяжко. Таргитай хромает, одно плечо держит выше; на ковре раны перестали кровоточить, но сейчас снова потянулись кровавые следы.

На похудевшем измученном лице Таргитая появилась слабая улыбка.

– Удача наконец-то улыбнулась…

– Улыбнулась? – прохрипел Мрак. – Или оскалила –зубы?

Олег сказал потрясенно:

– Мир Песка… Золотая башня… Кто там живет, не знаю, но нас наверняка заметил. Не уйти.

– Кто собирается уходить? – зло сказал Мрак. – Куда?

Он шатнулся вперед, Олег вынужденно пошел вслед за Таргитаем. Башня приближалась, от нее веяло сухим жаром. Дрожь отпустила Олега, злой холод наконец ушел. Из ледяного мира поднебесной тверди попали в раскаленный мир!

– Наши жизни в наших руках, – сказал он медленно.

– То-то они у тебя трясутся, будто кур крал…

Нижние глыбы под тяжестью верхних сплющились, как сырая глина. На стыках пучились валики, словно шрамы от старых ран. Таргитай огибал башню, от усталости цеплялся за стену, приваливался, отдыхал. Когда скрылся, Мрак и Олег услышали его предостерегающий вскрик.

Таргитай остановился, широко расставив ноги.