Владыки Мегамира

Выделялся звуковой тенор Каси, другие голоса были истерические, визжащие. Головастик по-прежнему загораживал дверь в комнату шамана. Внезапно на полу между ногами Головастика появилась голова Глеба – красный от натуги, он прополз, прижимаясь брюхом, ибо ксеркс сам присел в тесноте едва ли не к полу. В операционной Глеб поднялся на ноги, вскрикнул:

– Обошлось?.. А то все уже… Влад, вы хоть советуйтесь!

Влад ответил гордо, в голосе было негодование:

– Я советуюсь! С обоими.

Глеб покосился на невозмутимого Хошу, что сел поудобнее прямо между сяжками, надулся и вздыбил жесткую панцирную спину.

Глеб взглянул на злорадно оскалившего жвалы ксеркса, вздохнул, спросил быстро:

– Как с Ковальским?

Лекарь ответил слабым голосом, тот прерывался временами так, что этот трусливый человечек только беззвучно шевелил губами и разевал рот:

– Будем надеяться, что привезли вовремя… Но эти чудища, Глеб Иванович? У меня руки трясутся, будто я по ночам кур крал! А где тут куры?

Глеб сказал быстро, настойчиво:

– Сергей Аполлонович! Великий Воин и величайший Охотник спас наши жизни.

Без него нас бы и тли забодали. Кстати, он хорошо понимает нашу речь. Разумеете?

Человечек бросил робкий взгляд на неподвижного Влада, промямлил:

– А-а-а.. понятно… Первобытная община?

– Скорее раннее Средневековье. Но есть странноватые отличия.

– Это немудрено, – вздохнул человечек.

Он оглянулся на Ковальского, там пахло сильно и остро, вспыхивали огоньки, что-то булькало, похрюкивало, сказал с видимым усилием, ломая в себе панический страх:

– Великий Воин, мы ра-а-ады… Глеб, надеюсь, ты знаешь, что творишь… Узнай, где расположено его племя, да отпусти поскорее… Отдыхайте, Великий Воин и величайший Охотник, а потом… гм… пир в твою честь, половецкие пляски и жертвоприношения – это по части Глеба, вот он стоит.

Бросив на Глеба злорадный взгляд, поспешно вернулся к Ковальскому. Огоньки разгорались, требовательно зазвенело. Ковальский внезапно выругался, выныривая из забытья: из вены в левой руке уже торчала огромная игла.

По ней опускалась желтая жидкость, раздувая руку, наполняя ткани. Шаман склонился над ним с другой полой иглой, еще толще, длиннее.

Глеб повернулся к Владу:

– Пойдем. Дадим удобную комнату, накормят самой лучшей едой, дима тоже устроим, накормим, не беспокойся.

– Сперва дима.

Глеб наклонил голову:

– Требование Великого Воина понятно. От наших коней зависят наши шкуры.