Владыки Мегамира

Лицо его выглядит жестким, даже надменным и красивым, но Кася не могла оторвать зачарованного взгляда от удивительных глаз, что так контрастировали с лицом этого рыцаря-убийцы.

Если сам он выглядел как закованный в доспехи воин, то глаза принадлежали сказочному эльфу: огромные, ярко-синие, слегка удивленные, невинные и мудрые одновременно. На темном от солнца лице они горели как волшебные огни. Кася ощутила, что ее слезы начинают останавливаться, но тут взгляд соскользнул на его широкие челюсти, на блестящий панцирь груди, напоминающий головогрудь большого жука, и слезы покатились снова.

Из одежды на варваре, не считая металлического обруча на лбу, только короткие шорты, да и то явно утилитарного значения. На широком поясе из металла висит длинный нож с узким лезвием, две толстые баклажки, а сами шорты всего лишь предохраняют то, что мужчины берегут больше жизни.

Они все рассматривали его во все глаза. А он медленно покачал головой:

– У вас нет того, что нужно мне.

– Но в моем племени…

– Смотрю на одного – вижу всех.

Глеб спросил напрямик:

– Ты нас оставишь?

– Обязанность сильных – помогать калекам. Какая помощь нужна?

Он все еще смотрел на них с брезгливой жалостью. Белокожий вождь, Влад сразу ощутил в нем вождя, приподнялся на локте. Его маленькие слабые глазки оглядели оставшихся в живых – женщину и неподвижного раненого, с опаской бросили взгляд на могучего дима, затем на зависший на краю поляны разбитый галл, который называл топтером.

– Мы… – сказал он хриплым голосом, в котором Влад ощутил сдерживаемую боль, – нам бы вернуться… в свое племя.

Если бы не сломался топтер, к вечеру уже в племени бы… Но летательная машина разбита вдребезги…

Плач оборвался. Девушка отерла мокрое от слез лицо, глаза расширились, как раздуваются от страха утренние молчалнички:

– Глеб!.. Как он сможет… Лучше звать на помощь по рации!

– Тоже одни осколки, – сказал Глеб.

– Но запасная… А починить…

– Все вдрызг!.. Почему топтер вдруг перестал слушаться руля, врезался в эту проклятую стену?.

. О, Свободный Человек! Ты, мы видим, великий воин в своем великом племени! Твой могучий ксеркс с легкостью понесет четверых, не так ли?

Влад покосился на дима, его чужак назвал почему-то ксерксом, перевел взгляд на девушку. Ее трясло. Крохотные кулачки прижались ко рту, словно душила свой же крик.

– Где ваше племя? – поинтересовался он.

Кася страшилась смотреть дикарю глаза в глаза, разглядывала искоса.