В поисках диковинных камней Гипербореи

 – Эргос и логос[21 - Эргос и логос – действие и слово.] едины.

Ипполита благодарно кивнула ему и, взяв его могучую руку, прижала ее к своей горячей и вздымающейся груди.

– Скоро настанет час нашей любви, Алкид. А пока подкрепись, герой, чтобы совершить свой подвиг в играх Эроса.

Она снова засмеялась задорным переливчатым смехом. Затем хлопнула в ладоши и попросила появившуюся на пороге Улу принести ужин. А Геракл молча смотрел на божественную женщину, которая уже завладела его сердцем. Такого с ним раньше никогда не было.

Воспитанный в суровом спартанском духе, Геракл совсем не увлекался женщинами. Его юность прошла в Тиринфе, где, по повелению Аполлона, его готовили к выполнению главной цели – служению царю Эврисфею для совершения великих подвигов. Окружение ограждало юного героя от посторонних глаз, в особенности женских. Соглядатаи следили за каждым его шагом и доносили Аполлону через вестника. А когда в Геракле в шестнадцать лет проснулся мужчина, ему приглянулась русокосая гибкая рабыня из варварских народов, не знавших эллинского языка.

Никто не препятствовал его естественному влечению, ибо связь знатного юноши с рабыней считалась обычным делом. Но первый опыт Геракла в играх Эроса не принес ему радости.

Сгорая от бешеной страсти, Геракл чуть не задушил в объятьях покорную рабыню, которая стонала от боли и страха, пока не вырвалась от него. На следующий день ее увезли на продажу на рынок, а Гераклу оставили других послушных исполнительниц его воли.

Но и с другими рабынями юноша не испытывал остроты чувств – он мечтал о взаимной всепоглощающей страсти и любви, а ее не было. И забавам Эроса предпочитал гимнастические упражнения, метание копья и диска, охлаждая возникающую страсть долгим плаваньем в бурных водах Эгейского моря. А дальше подошло время его служения Эврисфею, время подвигов, а там забылись и его первые неудачные увлечения женщинами. И вот теперь судьба послала ему Ипполиту, божественно красивую и мудрую, которая была рядом с ним на ложе.

Появившаяся в комнате Ула прервала нахлынувшие на Геракла воспоминания. Амазонка несла на своих сильных и мускулистых, как у мужчины, руках огромное медное блюдо с приготовленным ею ужином. От больших кусков жаренного на вертелах мяса исходил сладостный аромат. Ула подала также амфору с острой подливкой из местных растений и любимое блюдо Ипполиты пестионы – ячменные пирожки с медом, запеченные на оливковом масле.