В поисках диковинных камней Гипербореи

А когда у них рождаются дети, то мальчиков отдают скифам, а девочек мы оставляем себе. Ты прибыл, Алкид, со своими воинами как раз в долгожданный для амазонок гекатомбейон – месяц любви. Взгляни только, с каким воодушевлением и надеждой глядят амазонки, а среди них мои верные помощницы – Меланиппа, Аэлла, Протоя и Антиопа – на твоих воинов. Эллинские воины молоды и сильны, как и мои амазонки, а от сильных пар рождаются сильные дети.

Геракл, с любопытством слушающий необычную речь царицы, бросил взгляд на толпу амазонок, окруживших Тесея и их воинов.

Эллины после долгого и изнурительного морского перехода совсем расслабились. Они побросали на землю свои щиты и копья и с вожделением глядели на полуобнаженных амазонок, угощавших их хмельным скифским вином. Казалось, боги принесли мир на землю амазонок, и грозный Арес уступил место веселому и разгульному Дионису[9 - Дионис – бог вина и веселья.].

Но удивление Геракла стало еще больше, когда Ипполита перешла к самому главному.

– Я тоже амазонка и должна выполнить, как и все, свою главную задачу.

Однако я царица, и потому желаю зачать дочь только от героя, ибо ей надлежит быть лучших царских кровей. Я хочу дочь от тебя, Алкид. А за это я отдам тебе свой пояс. Ты сам снимешь его с меня в час любви. Ты согласен?

– Я согласен! – воскликнул Геракл, ошеломленный таким предложением. – Наконец-то мойры послали мне счастливую встречу с тобой – бесценный подарок за все мои тяжкие труды-подвиги!

Рис.

4. Греческие амазонки

И, удовлетворенная его ответом, Ипполита промолвила, глядя на Геракла сияющими хризолитовыми глазами:

– Тогда отдай приказание своим воинам: пусть отдыхают, веселятся, пьют вино и наслаждаются любовью с моими девами. А тебя я приглашаю не в приемный дворец в Фемискире, а в храм Артемиды, где мы уединимся с тобой в течение отпущенного времени, – рука Ипполиты нашла руку Геракла, крепко сжала ее и потянула за собой. – Пойдем за мной, астер эймос[10 - Астер эймос – «звезда моя».

].

Они покинули ликующую толпу амазонок и воинов и, обогнув Фемискиру, сверкающую белизной домов, пошли по утоптанной тропинке, ведущей в гористую местность. По обеим сторонам тропы тянулись чередой оголенные «холмы нимф», а впереди как маяк возвышалась гора Афродиты, напоминающая формой женскую грудь. Ипполита шла быстрым шагом, не оглядываясь на Геракла. Он следовал в полном молчании, любуясь легкой и грациозной походкой царицы.